— Оставьте себе.

— Не нужно, у меня отличная память, — хищно улыбнулся Гворий.

* * *

Практически ничего не видя из-под глухого капюшона, Марра обречённо брела по кладбищу вслед за Селеной. Подруга детства, пять лет назад вместе с родителями переехавшая в столичный Гаор, а ныне успешно учившаяся в местной Академии магии, согласилась приютить бедняжку. Увы, не совсем бескорыстно. Как раз начались семинарские и практические занятия – горячая пора для студентов, и Селена потащила Марру на кладбище. Девушка не понимала, как женщине может нравиться некромантия. От одной мысли о гробах её тошнило, а Селена с упоением рассказывала о знаках подчинения и классификации мертвецов. Кто на такой женится? Однако Селена считала иначе и с упоением студентки-второкурсницы целыми днями училась повелевать смертью. Одного Марра не понимала: зачем ради дополнительных баллов в одиночку, без преподавателя, даже без молодого человека тащиться на Старое городское кладбище? Селена утверждала, тут прячется зловредный призрак. Если привязать его к какому-нибудь телу и предъявить в Академии, профессор зачтёт как экзамен. Марра пробовала отказаться, даже обрадовалась, когда пошёл дождь: уж теперь-то подруга наверняка останется дома, но надеждам не суждено было сбыться.

Лопата с киркой оказались тяжёлыми. Сумка Селены тоже. Сама некромантка шагала впереди налегке, мотивируя это тем, что магу нужны свободные руки: «Как я иначе нас защищать буду?» Огня не зажигали, чтобы не спугнуть духа и не привлекать ненужного внимания. Заметь сторож незваных гостей, выгнал бы взашей, ещё бы в участок сдал. А это верный конец: отец до сих пор разыскивал Марру, даже несмотря на то, что несостоявшийся зять утешился с другой. Девушка узнала о помолвке из столичных газет. Ещё бы, речь ведь о бароне Навесском, одном из богатейших людей королевства! Радовало, что журналисты не разыскали портрета Марры. Селена шипела о ветрености мужчин, прыгающих в чужую постель в день сорванной свадьбы, девушка же радовалось удачному стечению обстоятельств. Наверняка та женщина мечтала стать баронессой, вот боги и услышали её молитвы, осчастливив сразу двух смертных.

Все эти дни Марра до дрожи в коленках боялась встретиться лицом к лицу с родителем. Она догадывалась, чем обернулся её поступок, какой скандал разразился и как он повлиял на положение семьи, но мук совести не испытывала. Лучше уж с подругой-некроманткой на кладбище, чем с постылым мужем за праздничным столом.

Противный дождь пробирался под плащ, холодил и без того ледяные пальцы: ночь выдалась на редкость промозглой, и не скажешь, что август. Стиснув зубы, Марра терпела. Куда ей податься без денег, если Селена выставит? Хватит того, что подруга приютила до окончания сессии и оплатила место в дилижансе. Каких трудов Марре стоило убедить кучера продать место в долг! Девушка до сих пор вздрагивала от пережитого унижения. Но не сдаваться же в самом начале пути, в соседнем городке? В результате в Гаоре пришлось сидеть в качестве залога и переживать, придёт или не придёт Селена, согласится ли заплатить за бывшую подругу. Марра жутко боялась, что та откажется. А что, отношения охладели, дружба осталась в прошлом. Даже писали друг другу редко, раз в полгода, и давно не поверяли никаких секретов. Обошлось. Жутко повезло, что Селена поссорилась с родителями на почве увлечения некромантией и жила в общежитии. Но до того Марра провела несколько томительных часов в ожидании, гадая, не напутает ли чего мальчишка — посыльный.

Противно чавкала глинистая земля, то и дело норовя уйти из-под ног.

— Далеко ещё? – ныла Марра. Говорила шёпотом: боялась спугнуть привидение или, того хуже, умертвие.

— Т-с-с! – Селена приложила палец к губам.

Марра тут же прикусила язык и испуганно огляделась по сторонам. И тут она заметила странный огонёк. Сначала она приняла его за фонарь сторожки, но потом убедилась, что ошиблась. Может, огонёк и вовсе привиделся: слишком быстро погас.

Замешкавшись, Марра чуть не потеряла из виду Селену. Поправив инструменты на плече, девушка кинулась догонять подругу и тут заметила метнувшуюся наперерез тень. Марра закричала, отшатнулась и, неуклюже взмахнув руками, упала. Да так неудачно, что ударилась головой о надгробную плиту и потеряла сознание. Инструменты с глухим звоном упали на Марру, добавив синяков.

Гворий в задумчивости склонился над девушкой. Принесло же в такую погоду! Клад искала, что ли? Иначе зачем кирка. Поморщившись, Гворий заметил вторую девицу, блуждавшую среди могил. Им тут мёдом намазано? А, похоже, вторая магиня – явно ставит защитное заклинание. Воздух чуть потрескивал: неумелая, неопытная. Такую магию легко развеять, Гворий тоже умел.

Плохо. Наверняка спугнули жертву. А ведь такой случай! Кладбище, дождь, ночь – идеальные декорации для смерти.

Гворий присел на корточки и дотронулся до сонной артерии Марры: дышит. Но крови много. Вот уж точно угораздило! Даже обидно. И оскорбительно для убийцы, когда жертва делает за него всю работу. Так бы избавился от свидетелей, а после отправил в мир иной графа Потеского.

— Эй, что вы делаете? – Селена, наконец, заметила отсутствие подруги, бросилась на поиски и, разумеется, увидела Гвория. – А ну-ка отпустите её! Я некромантка, сейчас скелет подниму!

Гворий проигнорировал угрозы: всё равно неопытная магиня никакого серьёзного вреда не причинит. Сплюнув ругательство, мужчина оглянулся по сторонам и принял решение. Бросив Марру лежать, где лежала, он вытащил кинжал и скользнул к Селене. Этому Гворий научился от дроу. Некромантка даже пикнуть не успела, как ощутила холодную сталь у горла. Но Гворий не собирался убивать, всего лишь оглушил и отволок за ближайшее надгробие. Девица всё равно ничего толком не разглядела. Что она видела? Только закутанную в плащ фигуру. Ни лица, ни даже телосложения. Пусть полиция допрашивает, даже магическое сканирование ничего не даст.

А вот и граф Потеский. Опаздывает.

Над кладбищенской дорожкой замерцал огонёк. Пригнувшись, Гворий пристально наблюдал за ним, а потом начал смещаться по дуге, к нужной могиле. Второй, сменный кинжал, беззвучно выскользнул из ножен.

Всё, что успел граф, — обернуться на шорох.

Тёплая кровь брызнула на могилу любовницы, которой чудаковатый граф раз в год приносил цветы. О привычках жертвы рассказала заказчица – супруга ныне покойного аристократа. Нет, её не смущала мёртвая соперница, всего лишь хотелось скорее овдоветь.

Гворий на всякий случай нанёс второй удар и, убедившись, что на кладбище больше никого нет, вернулся к Марре. Она всё ещё не пришла в себя. Вздохнув, Гворий убрал оружие и поднял девушку на руки. Её голова безвольно свешивалась, словно у тряпичной куклы. Что же с ней делать?

Мужчина не знал, что заставило взглянуть на лицо Марры, но это, определённо спасло ей жизнь. Гворий узнал это лицо сердечком – девушка, которую требовала устранить прошлая заказчица. Надобность в убийстве отпала, как только стало известно о расстроившейся свадьбе. Марра так и не узнала, как близко стояла от порога смерти. В рубашке родилась! И вот теперь снова ходит по лезвию ножа.