Петров удовлетворенно усмехался, наблюдая за моей физкультурой.

— Привыкаешь? — остановил он меня в коридоре.

— А куда деваться?

— Да, деваться некуда ни тебе, ни мне. Нового гендиректора видел?

— Нет.

— Морда прямо из начала девяностых, я думал, таких уже нет. Четыре тысячи долларов слямзил прямо из редакционного сейфа! Профессионал.

— Как это — слямзил?

— Украл. Говорит, их там не было. А они были, сам положил.

Я не стал спрашивать, что за деньги Михаил положил в сейф. Тем более он иногда забывал о том, что делал вчера. Провалы в памяти случаются у любого человека.

— Провалы бывают, но по другому поводу. Например, имена девиц забываю. Как ее фамилия?

— Кого?

— Заместителя из «Московского вестника». Темненькая такая.

Я не знал, кого он имеет в виду. Тоже плохая память.

— Ладно, позже вспомню. Зайди вечерком, вискаря выпьем. Или ты виски не пьешь?

— Пью, — сказал я.

Что у него за дело ко мне? Петров просто так к себе приглашать не станет.

Через час я зашел к нему в кабинет.

— Я слышал, твой Кроликов дачу строит? — спросил Петров, налив себе и мне в стаканы виски из початой бутылки.

— Он не мой, — пробурчал я.

Недавно Алексей обмолвился, что строит на даче баню.

— Решил Вовке психическому сделать подарок, — сказал Алексей. — Он ведь устает на работе, а лучше всего отдыхать в бане.

— Какому Вовке?

— Мужу сестры моей Таньки, мы его зовем психическим.

— Почему?

— Фельдшером на скорой помощи для сумасшедших работает. У тебя есть знакомые психи?

— Есть, — сказал я. — Почти все поэты психи. Но у них жёны.

— С некоторыми жёны не справляются и тогда вызывают скорую. Кошмар, а не работа. Один плюс — хорошо платят.

Я подумал, что работать на скорой для сумасшедших не пошел бы ни за какие деньги, но промолчал.

— Я бы тоже не пошел, — кивнул Алексей. — Но Вовке деваться некуда. К тому же привык. Здоровый мужик, не то что мы с тобой.

Мы посмотрели друг на друга.

— Короче, нанял бригаду строителей, а там одни армяне, — продолжил Кроликов. — Тоже нештатная ситуация.

— Плохо строят?

— По-русски плохо говорят. Пришел бригадир и сказал, что разбилось стекло в окне. «Почему?» — спрашиваю. «Это биль невзапно, — отвечает. — Дверь опух, ветер подул, стекло выпал».

Мы засмеялись.

— Дверь, значит, распухла от сырости? — спросил я.

— Да, «невзапно».

Петрову про баню я говорить не стал.

— Пусть строит, — сказал Михаил. — Но мне эта газета в газете не нравится. Там украсть даже легче, чем из сейфа.

Я с профессией воров-медвежатников был плохо знаком. Почему здесь украсть легче, чем там?

— Потому, — вздохнул Михаил. — Тебя это, конечно, не касается, но мы будем думать. В Белоруссию собираешься?

— Собираюсь, — тоже вздохнул я. — У них очередной съезд. А сейчас что ни съезд, то скандал.

— Точно. Меня ведь на последнем писательском сборище кинули.

— Кто?!

— Товарищи. Все те, кого я считал друзьями. Ты разве не знаешь?

— Нет.

— Мы договорились, что на съезде меня выдвинут на пост председателя. Старпёры порулили, теперь наша очередь.

— Кто договорился? — перебил я Михаила.

— Ну кто, все наши: Сашка, Витька, Мишка, Славка... Друзья, короче.

Меня, слава богу, в этом списке не было, иначе я не сидел бы сейчас в этом кабинете.

— Да, тебя мы в расчет не брали, — оценивающе оглядел меня с головы до ног Петров. — Но ты и не вхож в особняк на Комсомольском проспекте. Почему, кстати?

— Я остался в составе предыдущего руководства. Между прочим, был членом Ревизионной комиссии Союза писателей РСФСР.

— Да ну?! Неужели посвящен в детали тогдашнего разграбления?

— Частично.

Я посмотрел в окно. Кое-что я, конечно, знал, но не сейчас об этом говорить. Как говорится, дела давно минувших дней.

— А вот это ты зря. Придет время, и мы вернем все незаконно отнятое.

«Кто эти “мы”? — подумал я. — Да и не вернут нам ничего».

— Вернут как миленькие! — потянулся к бутылке Михаил. — Пока об этом говорить рано, но там все знают. — Он кивнул куда-то вверх.

Да, извечный расклад русской жизни: царь-батюшка обо всем знает и скоро наведет порядок. Не все, правда, до этого доживут.

— Доживем, — крякнул Петров. — Не такие уж мы старые. Ну, давай по последней, мне еще в одно место надо.

Мы выпили, и я отправился домой, а Михаил в одно место.

9

Вышел второй номер «Лиры», за ним третий, и постепенно все стало входить в русло. Маша и Таня присылали статьи по экономике, я готовил стихи и прозу белорусских писателей, Алексей осуществлял общее руководство.