Мира скрылась в комнате и отказалась оглядываться назад. Если сегодня она встретится со своим создателем, то так тому и быть. Она любила эту жизнь. Она потеряла больше, чем следовало бы. Она сражалась изо всех сил, чтобы выжить, и ей это удалось. В конце концов, разве это не было лучшим, что мог сделать человек… или киборг?

— Ты готова, Мира? — спросил Неро.

Мира пожала плечами и подошла к креслу. Она опустилась в него, стараясь прогнать тошноту. На другом конце комнаты обеспокоенная Рэйчел отвела от нее взгляд, но она не могла беспокоиться и о девушке. Забраться в кибернетическое операционное кресло никогда не казалось ей естественным или разумным поступком. Но она гордилась собой за то, что ее не стошнило от страха.

— Тебе лучше не причинять мне вреда, доктор Киберштейн. Я все, что удерживает служанку Шивы от того, чтобы прикончить твою милую задницу.

Неро фыркнул.

— Да. Меня сегодня предупреждали по меньшей мере раз пятьдесят.

Мира усмехнулась.

— Я люблю эту женщину как сестру и не задумываясь убила бы за нее. Теперь ты знаешь, как мы пережили все эти годы.

— Сегодня нет необходимости убивать, — ответил Неро, пристегивая ремни со своей стороны кресла, в то время как Сита закрепляла их с другой. — Я собираюсь превзойти ваши ожидания, Мира МакДональд.

— Хорошо. Может быть, ты сможешь подарить мне пару упругих сисек, как у Айи, пока будешь вносить изменения.

— Ваша внешность кардинально не изменится, но мускулатура…

— Прекрати эти разговоры, — твердо сказала Мира, прерывая его, в основном, чтобы увидеть ошеломленное выражение его лица. Она улыбнулась, когда он непонимающе уставился на нее, но услышала, как Сита и Рэйчел тихо хихикнули. — Не разбивай мои надежды, Неро. По крайней мере, позволь женщине киборгу помечтать.

— Ладно. Тогда желаю приятных снов, — проговорил он, склонив к ней голову.

«Очаровательный ублюдок», — подумала Мира, услышав команду выключения… единственную команду, которую ни один киборг не мог не выполнить, когда ее произносил программист-человек.

И впервые с момента своего первоначального обращения Мира позволила кибернетическому забвению завладеть ею без боя.

ГЛАВА 2

— Нам нужно кое-что обсудить, прежде чем я начну, — сказала Кира, надевая свой белый лабораторный халат. В нем были глубокие карманы, и она использовала их для хранения вещей, когда занималась модернизацией или реставрацией киборгов.

— Что мы еще не обсудили? — спросил Уилл, уставший от всех этих разговоров. Дальнейшее обсуждение ничего не изменило бы, и особенно его решение сделать это.

— Сделай мне одолжение, — приказала Кира. — Я хочу еще раз обсудить риски.

Уилл фыркнул.

— Есть только один риск, который меня беспокоит, и он неизбежен. Ты уже говорила мне, что мой процессор разрушается, из-за чего у меня все время происходят сбои в работе. Так или иначе, в будущем мне предстоял полный апгрейд.

— Шанс стать роботизированным овощем — это не то, к чему стоит относиться легкомысленно. Твой процессор уникален, Уильям. Его разработал тот, кто не уступает в мастерстве мне. Мы с Неро не могли рисковать, расшифровывая или копируя его, пока он был установлен в тебе.

— Приятно осознавать, что у вас двоих есть пределы в попытках что-то исправить, — произнес Уилл, посмеиваясь, чтобы успокоить взволнованного кибернетика.

— Риски, это не шутка. Кроме того, твой процессор перепрошивался новым кодом больше раз, чем любой другой, который я когда-либо видела. Пределы безопасности для такого рода устройств были превышены менее чем за год. Если я поврежу твой процессор при извлечении или он взорвется и сотрет сам себя до того, как я его вытащу, я не смогу восстановить тебя обратно. Твое тело и разум не умрут физически, но ты перестанешь быть самим собой.

Уилл фыркнул.

— Сомневаюсь, что кто-то, кроме тебя и Пейтона, увидит в этом проблему.

Кира не позволила меланхолии Уилла ее остановить.

— Ты также должен понимать, что мои новые процессоры не будут блокировать воспоминания, которые твой органический мозг хранил годами. Они созданы специально для того, чтобы позволить твоей человеческой памяти и твоей личности управлять твоими мыслями. На самом деле, я отказываюсь устанавливать процессор в киборга, который не допускает этого. Это означает, что все, от чего ты страдал и что твой человеческий разум решил запомнить, сразу всплывет перед тобой, как только ты придешь в сознание. Когда вся эта информация интегрируется, то это будет полный эмоциональный трындец.

Смеясь, Уилл улыбнулся Пейтону… без сомнения, источнику красочных выражений Киры… прежде чем откинуть голову назад.

— Трындец? Я, без сомнений могу сказать, с кем ты водила компанию.

— Уильям…

— Все в порядке. Я понимаю, док. Если я сойду с ума от того, сколько плохого я натворил, возможно, тебе придется усыпить меня кибернетически, как усыпляют бешеное животное. У меня нет другого выбора, кроме как пойти на этот риск. Верно?

Кира указала на стоящих рядом Пейтона и Маркуса.