Развернула стул и уселась без приглашения, напротив лекаря. Он пучил глаза и ловил воздух ртом, как рыбка гуппи, вынутая из аквариума. Трогательно даже. Роза не собиралась мучить "рыбку" долго. Или пугать сильно. Но иначе вести себя нельзя было.

С такими типами или так, или постоянный, бесконечный, мучительный гемор. Они, несмотря на весь свой гонор и занудность, пугливые и мало устойчивые. На настоящую конфронтацию не пойдут. Кишка тонка. Вот и этот...

Мэтр Пертин снял салфетку с колен, поднял брови:

– Что вам нужно?

– Я Роза. Новая хозяйка приюта матушки Розы.

Рыбьи бесцветные глаза лекаря выкатились чуть сильнее:

– Это я понял. Вы понятия не имеете, как вести себя в обществе приличных людей!

На лирику такого рода Розе было плевать. Она зубасто улыбнулась:

– Согласна, многоуважаемый мэтр Пертин. Поэтому не соблаговолит ли такой воспитанный и благородный господин помочь женщине? Даже двум женщинам, если разобраться! Рожает гостья. А у меня совсем нет опыта в подобных деликатных вопросах. Ваш колоссальный опыт и энциклопедические знания - это то, что спасёт нас и несчастное дитя, ни в чём не виноватое! Ни в том, какую жизнь ведёт его мать, ни в том, что я понятия не имею как вести себя в обществе такого высокого господина как вы, мэтр Пертин... Помогите нам, пожалуйста! Без вас мы не справимся! Погибнем!..

На самом деле, Роза Михайловна знала, как пронять "зануду-пустобрёха". Лесть, чтобы сработать, должна быть такой же сладкой и липкой, как самый приторный и тягучий из сиропов. По принципу: чем слаще, тем лучше... У неё чуть язык не отвалился выговаривать все эти сложносочинённые, витиеватые обороты.

Лекарь наоборот, расцветал. А пара золотых, скромно блеснувших боками и лёгших на скатерть, и вовсе умягчили его. Настолько, что он сподобился глянуть на хозяйку заведения для оборвышей благосклонно:

– Согласен. Вашу невоспитанность, мисси, думаю, в полной мере искупают ваша искренность и умение видеть достоинства скромных людей, которые слишком благородны, чтобы выпячивать их.

Роза кивала и кивала, боясь спугнуть "рыбку". Брякнуть что-то. Или посмотреть недостотачно преданно. Если её перекосит, он сорвётся. Что тогда она будет делать с роженицей? Кто знает, насколько Руфь и её дочь подкованы в этом смысле?

Чувствуя себя заклинательницей змей, Роза Михайловна болтала непрерывно, помогая лекарю собираться, аккуратно поторапливая его. Справилась, судя по всему, отлично. Слуга, когда они выкатывались из дома, уважительно покачал головой и сделал ещё один характерный знак, под любым небом означающий восхищение и одобрение.

Парень понравился Розе. Она помахала ему рукой. Так, чтобы мэтр Пертин не видел. И быстрым шагом потащила лекаря по улице...

Они успели вовремя. Магичка, которая так и не назвала своё имя, ещё ходила по комнате, но хваталась за поясницу уже очень часто. Очень. Хорошо, что у Руфи и её дочери всё было готово.

Мэтр Пертин был отличным целителем. Когда хотел... Нужно отдать ему должное. Профессионал: опытный, толковый. Холодный, правда, с пациенткой и с помощницами. Но рожавшая девушка была, судя по всему, такой же. Её это не трогало. А Роза так испугалась, что любая помощь была для неё счастьем.

Они справились. Руфь, в какой-то момент, посоветовала Розе выйти. Она сильно побледнела и старушка опасалась, что бедняжка свалится в обморок. Новая хозяйка приюта тихо отказалась. Целитель, правда, услышал и, продолжая, подпитывать и контролировать пациентку, посмеялся. В своём духе:

– Неужели в этом проклятом доме, наконец, завелась нежная Роза, а не те невыносимые, невоспитанные, неуживчивые тётки, что отравляли жителям жизнь вместе со своим мало почтенным выводком? Я как только приехал сюда, каждый, наверное, просветил меня на этот счёт!

– Я не нежная!- ответила Роза жёстко, не так, как до этого ворковала с целителем.

Не могла ответить иначе. Из уважения к памяти женщин, посвятивших себя помощи другим. Прежняя хозяйка приюта рассказывала о них перед смертью. Они были любящими, мужественными, великодушными. Не сделали никому зла! Местным тоже! Она не позволит поносить их память!

Лекарь скосился на неё. Задрал бровь и насмешливо предложил:

– Если вы настолько мужественны, мисси... Может быть, поможете мне?..

Как там говорят? Не давши слово, крепись, а давши слово, держись?.. Розе Михайловне пришлось держаться. Наблюдать за процессом родов вблизи, помогать лекарю, убирать испачканные простыни.

– Это же хорошо!- уговаривала себя Роза, чтобы не свалиться в обморок ненароком.- В моём образовании есть откровенный пробел. Теперь, благодаря "милейшему" господину, пробел будет закрыт. Это же хорошо? А то вдруг он когда-нибудь откажется прийти, а у меня на руках снова роженица будет?..

Когда малыш родился, Руфь завернула его в пелёнки и всучила в руки совершенно ошалевшей от криков Розе. Подтолкнула её к двери: