Плюс благодаря белым цветовым акцентам, кружевам и пояскам, все пять платьев выглядели как единый набор, хотя и радикально отличались покроем и цветами.

— Нормально, — сказал я, оглядев моих товарищей по команде.

— Нормально?! — взвилась Ксения. — И все?!

— Да успокойся, отличная реакция, — Левкиппа шлепнула ее по плечу. — Ты бы слышала, что мой папа говорит, когда мама новое платье сошьет!

— А что он говорит? — поинтересовалась Ксантиппа.

— Бурчит что-то под нос, и уходит хлев чистить.

Ксантиппа хихикнула.

— Большое вам спасибо, — Меланиппа застенчиво обратилась к моему отцу. — Это такие чудесные платья, такие чудесные!

— Да, очень здорово, — Рина вертелась перед зеркалом. — И удобные! Я даже не ожидала. Разрезы везде, где надо. В таких хоть в бой, хоть на фотосессию.

— В этом и состояла моя цель, — произнес Пантелеймон скромным, но гордым голосом.

— Но… Я даже не знаю, сможем ли мы это принять, — вдруг сказала Агриппина. — Я же вижу, какое это качество тканей и отделки! Много часов работы, не говоря уже о стоимости материалов! Мы вас разорим, если заберем целых пять платьев!

— Не обижайте меня, дамы! — Пантелеймон прижал руки к сердцу. — Во-первых, у меня последнее время очень хорошо с заказами, так что я могу позволить себе сделать небольшой подарок своему сыну и его друзьям. Во-вторых, если вы при случае скажете на одной из своих пресс-конференций… Или напишите в блоге… Что ваши новые наряды пошиты у мастера Пантелеймона Ураганова в Атомограде-58…

— Конечно, мы скажем об этом в блоге! — сказал Ксантиппа. — Я уже и пост набираю…

В руках у нее в самом деле был телефон. Так вот кто пишет посты. А я думал, Агриппина… Хотя нет, Агриппина у них фоточки делает.

— Так ваша фамилия Ураганов? — вдруг спросила Главная Лошадка. Причем каким-то подозрительным тоном.

— Да, а Кирилл вам не сказал? — удивился отец.

— Не-ет… — и Рина посмотрела на меня очень нехорошим взглядом.

Чего это она? Почему моя фамилия стала камнем преткновения? Дети-волшебники и именами-то не всегда пользуются, не говоря уже о фамилиях — в основном обзываемся по имени предмета-компаньона. Да и чья бы корова мычала, Рина вообще свою фамилию с прежним именем забвению предала!

И тут до меня дошло. Еще прежде, чем Рина мягко сказала:

— Грива Урагана, значит? Ну-ну.

«Блин, надеюсь, при отце она не станет устраивать разборки?!»

Не стала. Уф.

— Мастер Пантелеймон, — вдруг сказала Левкиппа, — скажите, а может быть, вы сделаете для нас еще один заказ? Не срочно совсем, но… Я тут подумала… — она нерешительно замолчала.

— Сделаю, — улыбнулся отец. — Если речь не идет о… Скажем так, деликатных деталях дамского туалета. За такое я не берусь, тут нужен мастер другой квалификации.

— Нет-нет, что вы! — фермерская дочка покраснела так густо, что даже на ее темной коже было видно. — Это мы в магазине!.. Просто… У нас тут с Кириллом так получилось, что нам удалось объединить силы и повысить нашу магическую мощь. Такое случается иногда с детьми-волшебниками, вы, может, в курсе?

— Нет, не в курсе, — удивился отец, но поглядел на меня с неожиданной гордостью. — Но я знал, что Кирилл всегда добьется большего! В любых обстоятельствах.

Знал он, как же. Второй комплимент за полчаса, на сей раз настоящий. Да уж, серьезно ему по башке двинула эта ситуация.

— Во-от… — продолжила Левкиппа. — И мы были бы очень благодарны, если бы вы нам сделали костюмы… В том же стиле, как у Кирилла.

— Плащи? — отец тут же поглядел на меня.

Я вспомнил шесть плащей, которые отец пошил. Блин, а совпадение ли, что их было шесть?!

— Нет, плащи, наверное, сложно, — открестилась Левкиппа, — а вот платья в тон… Или, может быть, не всем платья, я бы лично предпочла брючный костюм.

— Я тоже! — воскликнула Ксения.

— Если честно, то и я… — вздохнула Ксантиппа. — Юбка — это здорово и очень красиво, но иногда хочется немного поменять стиль.

— Да, вот кстати и по стилю, — вставила Агриппина. — Может быть, больший уклон в милитари кэжуал, как у Кирилла? Если я правильно формулирую…

— Понял! — Пантелеймон поднял руки вверх. — Очень интересная задача, которая безмерно меня порадует — и как портного, и как отца, так сказать, виновника.

Виновника?! Это он в каком смысле?! Виновника чего?!

— Так, все, я пошел отсюда, — сказал я. — Нас ждет нормальная тренировка. Заканчивайте и вперед.

Я выскочил за дверь, провожаемый хихиканьем и чьим-то возгласом: «Кир, ты что, обиделся?!»