— Да, ваше величество. Мы…

— Я хорошо помню Анну. Невероятно красива. Жаль, что её судьба оказалась незавидной. Родить бастарда, стать изгнанницей… Знаете, Григорий Михайлович, если бы я не женился так рано, то вполне мог бы попросить руки вашей дочери.

— Это была бы честь для нашего рода и для меня лично, — кивает князь. — Однако мы прибыли поговорить не о прошлом, а о будущем.

Вздохнув, император спрашивает:

— Чего именно вы от меня хотите?

— Назревает война между кланами. Мы просим вас немедленно вмешаться и остановить её до того, как польётся кровь.

Сергей Алексеевич складывает пальцы домиком и задумчиво глядит поверх собеседников. В молчании проходит минута, а затем император, цокнув языком, говорит:

— Воевать между собой — священное право дворян. Как я могу вам мешать? Если обстановка станет слишком напряжённой, то я всегда могу закончить ваш конфликт.

— Вы можете закончить его сейчас, издав всего один указ. Зачем позволять людям гибнуть, рушить семьи, наносить урон экономике страны?

— Следуйте правилам, чтобы свести ущерб к минимуму. Никаких боевых действий в населённых пунктах, никакого разрушения промышленных объектов… Вы и сами всё знаете, — император вяло взмахивает рукой.

— Ваше величество, — с нажимом произносит князь Грозин. — Вы уверены, что осознаёте масштаб будущей войны? Будут участвовать десятки дворянских родов, и миллионы солдат. Это настоящая гражданская война, разве мы можем допустить подобное?

— Правила, о которых вы говорите, хороши на бумаге, — поддакивает Алексей. — Но на земле всё происходит иначе. Мой брат прав. Это будет крупная гражданская война, трагедия для империи.

Сергей Алексеевич недовольно морщится и говорит:

— Ваш род и род Череповых враждуют уже многие годы. Может быть, у вас наконец-то получится закончить эту вражду. Сделаем так: я издам указ об ограничении численности войск и недопустимости…

— Это не поможет! — взрывается Григорий. — Вы что, нас не слышите?! О чём вы думаете, когда позволяете начаться этой войне?!

— Не забывайте, с кем говорите, князь, — холодно отвечает император. — Я прекрасно осознаю последствия и считаю, что Россия с ними справится. Будет сделано всё возможное, чтобы снизить ущерб, а если я увижу, что масштаб становится недопустимым — война будет остановлена. Сейчас, если дворяне хотят сразиться — пусть сражаются. Разговор окончен.

С этими словами он поднимается и направляется к выходу из кабинета. Грозиным ничего не остаётся, кроме как тоже встать и проводить правителя поклоном. Когда он уходит, в кабинет входит лакей и встаёт у дверей, всем видом показывая, что посетителям тоже пора удалиться.

Выйдя из Кремля, братья направляются к машинам.

— Что думаешь? Будем воевать? — спрашивает Алексей.

— Я сделаю всё возможное, чтобы этого не случилось, — звенящим от ярости голосом говорит Григорий. — Ты тоже постарайся. У тебя много знакомых в политике. Надави, подкупи, угрожай — что угодно. Если император готов убить сотни тысяч, а то и миллионы людей, чтобы ослабить наш клан и Династию, то я к этому не готов.

— Не думай, что император так глуп и готов допустить гражданскую войну. Где надо, имперские войска возьмут города и промышленность под свою защиту. Романов позволит воевать нам только так, как сам того захочет. Ты прав, его цель именно в том, чтобы ослабить клан, и не только наш. Поэтому можно ждать, что спецслужбы правительства будут тайно подогревать войну, — мрачно говорит Алексей.

— У тебя что, нет связей в имперской службе безопасности? Сделай что-нибудь!

— Сделаю. Поэтому немедленно поеду в министерство. Увидимся позже.

Пожав друг другу руки, братья прощаются и садятся в разные машины, а затем разъезжаются.

По дороге в поместье Григорий немного успокаивается. Новости поступают если не хорошие, то хотя бы нейтральные. По крайней мере, кроме стычки Медведевых и Вронских, стрельба больше нигде не началась.

Вернувшись в поместье, князь спрашивает у дворецкого:

— Где Александр?

— Господин наследник уехал, — с поклоном отвечает дворецкий. — Он взял с собой только двоих людей и не сказал, куда направляется.

— Что? И моя гвардия так просто его выпустила?!

— Александр Сергеевич приказал им так сделать. Солдаты не посмели ослушаться приказа наследника.

— Да вашу ж мать, — рычит Григорий и достаёт телефон, чтобы позвонить внуку.

Но в этот момент ему самому звонит Ромэн. Князь тут же берёт трубку:

— Алло?

— Ваше сиятельство. Князь Черепов скончался. Есть вероятность, что его убили, — ровным, как всегда, тоном говорит Ромэн.

Несколько секунд Григорий осмысливает эту новость, а потом хмыкает и говорит:

— Он ведь и так был при смерти. Зачем кому-то его убивать?

— Здесь начинается самое интересное, князь. Вряд ли вам понравится то, что я сейчас скажу…

— Да говори уже!

— Александр был там.

— Где? — недоумевает Григорий.

— В поместье Череповых. Мой источник не знает, что случилось потом, после смерти князя, — говорит Ромэн.

Князь вдруг чувствует, как холодеют руки, и всё тело покрывается мурашками.