— Он не поверит. Скорее всего, подумает, что Мегард нашёл его. Или, что ещё хуже — подослал убийц… Я должна сама встретить его. Должна сразу дать понять, что… он нужен мне. И нашему народу.

— Как долго ты будешь восстанавливать силы?

— Неизвестно. Но я хотела бы завтра выйти на улицу. Мне нужно понять, что происходит вокруг. И… может быть, на поверхности я почувствую его аромат?

— Давай выйдем сейчас! Лебедев разрешит. Я уверена!

— Нет. Я ещё не готова.

— Боишься?

— Богини не боятся. Они опасаются.

— Чего?

— Неизвестности. — Лэмия пощупала стену, а затем вновь легла на койку: — Почему ты так рьяно стремишься мне помочь?

— Потому что, такова суть людей.

— Нет. Остальные меня боятся. А ты… как будто, совсем другая. Почему?

— Наверное… — предположила Светлана: — Потому что, ко мне никто и никогда не подходил в тяжелые моменты. Я прекрасно понимаю, какого это — остаться один на один с неизвестностью в незнакомом месте. Наверное, я и блогером стала только потому, что у меня… очень мало друзей и близких.

— А что в этом плохого? Ты же не улетаешь в другие звёздные системы.

— Я улетаю в другие компании… А там бывает всякое. Люди не всегда принимают тебя таким, какой ты есть на самом деле. Поэтому, я хочу помочь тебе. Просто хочу и всё.

— Что ж, твой ответ меня более, чем устраивает. Но учти… в долгу я не останусь.

— А вот это совсем не обязательно.

— Почему?

— Бескорыстность — второе имя истинных девочек-волшебниц!

— Эм-м… Кого?

Уж не знаю, фишка это человеческого тела, или же моего уникального, как сказал Николай Артов — энергетического слепка, но стоило заметить потенциальную разборку с обнаглевшими аристократами, как я тут же забыл про усталость.

Мне искренне хотелось идти в бой! Причём, было не совсем понятно — кипела ли во мне злоба из-за творящейся несправедливости… Или же я просто хотел лишний раз почесать кулаки.

Но с этим разберёмся потом.

— Толстенная папка, скажу я тебе. — кот подтолкнул в мою сторону огромную кипу документов: — Тут даже с учётом родства с Пермским Губернским тянет на серьёзный срок. Император на такое точно глаза не закроет.

— Очень хорошо. — удовлетворённо заключил я: — Но посадить этого урода мне не достаточно.

— Кхм… — сгусток меховой тьмы пригладил роскошные подкрученные усы: — А как же твоя антиреклама насилия?

— А мы не будем во всеуслышание. Поиграем со средствами массовой информации. А старшего Залесского я хочу заставить отказаться от перстня.

— ЧТО?! — кот схватился лапками за голову: — Брат… Ты точно этого хочешь? Я же тебе уже говорил! Залесский — опасный человек! У него связи повсюду. Думаешь, он поведётся? Думаешь, последствий не будет?

— Я ещё раз тебе говорю — мне плевать на угрозы и прочие нюансы. Думаешь, человек имеет право управлять обществом, если не в состоянии огородить собственного сына от преступлений? Думаешь, Залесский имеет право управлять полицией и прокуратурой, если у него у самого рыльце в пушку? Если ты понимаешь, о чём я…

— Понимаю. И тем не менее — предупреждаю, что с Залесским лучше не связываться.

— Это со мной лучше не связываться. Говорю же — Улей нагнули. Нагнём и всех остальных. И к тому же, ты говорил, что пойдёшь со мной до конца.

— Тогда ты не упомянул, что хочешь лишить Залесского титула Пермского Губернского.

— Никакой разницы. Что с титулом, что без него — Залесский в любом случае будет крайне зол из-за того, что я собираюсь сделать.

— Действительно… И как я сразу не догадался? — хмыкнул кот: — Александр сейчас сидит в своём клубе.

— В «Айсберге»?

— Ага. Очередная приватная вечеринка. Так что, народу там немного. В основном торчки из пермской элитной тусовки.

— Очень хорошо! Значит, пришло время произвести самое невероятное впечатление. — злорадно улыбнувшись, произнёс я: — Помнишь, ты говорил про друга из Качканара?

— Пузыч? Да, было дело. Только он живёт в Перми. А техника вся в Новобродовском.

— Прекрасно! Самое время ему позвонить…

Некогда популярный ночной клуб «Айсберг» вот уже три года, как превратился в настоящий элитный притон. Однако Сашка Гусар, он же — Александр Залесский, это отрицал.

В СМИ всегда говорил, что молодой дворянин держит клуб только для самых достойных гостей. А сколько же здесь на самом деле происходило «грязи»… Любой моралист уже давно вздёрнулся бы от ужаса.