Укатил может куда? Ладно, пойду отдохну тогда, что-то почитаю, пока Власов борется со злом.

Переделать в свою пижаму со штанами, но ни читать, ни спать не могла. Лёгкое чувство тревоги заселилось где-то глубоко.

Что-то меня беспокоило, но что не могла понять. Дурдом.

— Настя… — постучав в дверь, отвлек от тяжёлых мыслей Власов, который не дожидаясь моего ответа просто зашёл.

— Ты меня искала? Я в душе был- смотря на меня пылающим взглядом медленно подходил ко мне.

Хотела спросить, откуда знает, что искала, но вспомнила, что в коридорах камера.

— Да. Я хотела поговорить, но это может подождать до завтра- отвожу взгляд, как-то не так на меня действует Власов в лёгких штанах и футболке…какой- то домашний что ли он.

Господи, верни мне мои мозги на место! Я сейчас думаю о том, как он целуется.

— Тебе брат звонил? — подходит совсем близко. Не простительно близко.

— Да. Ты знаешь…

— Знаю, и советую тебе не забивать свою симпатичную головку не нужным. — Я все решу!

— Хорошо, а…

— Настя… — его взгляд будто ласкает меня, от чего мурашки по коже не бегут просто, а скачки устроили.

— Власов… — я хотела сказать, чтобы он ушёл, но не успела, потому что он поцеловал меня, нежно, но с нарастающей страстью. А я вместо того, чтобы оттолкнуть его и попросить уйти, ответила на его поцелуй.

***

Прежде чем сорвать с меня пижаму, он слегка ослабил напор, давая мне шанс его остановить, я видела в его глазах бурю, способную унести меня в неизвестность.

Но я поняла, что хочу! Его хочу!

Сейчас мне абсолютно все равно было, те ощущения что он заставлял меня испытывать, меня дурманили, меня завораживали.

Я крепко обвила его шею руками и притянув к себе, поцеловала со всей страстью на которую была способна, и он понял, что я не возражаю, и осыпая асе сок тело жарким, палящими поцелуями освободил нас от одежды, что нам мешало чувствовать друг друга ещё ближе.

Он целовал, раскрыв мои губы языком и проникнув внутрь.

Когда я поднялась руки, чтобы обнять его, он перехватил их и переплел наши пальцы.

Я ощущала, чувствовала, как его грудь двигается вверх и вниз, лаская соски и это было до мурашек волнительно.

Я горела, я хотела большего, сама не знала чего хочу, к чему стремлюсь, как первооткрыватель, я все ощущения все эмоции впервые ловила и …мне это нравилось.

В тот момент, когда я почувствовала, как он входит в меня, я согнулась, чтобы успокоить немного горящее желание в этом месте.

Но это чувство не проходило, а все возрастало, пока не произошло нечто похожее на фейерверк.

— Вот теперь, я тебя точно никуда от себя не отпущу. Ты только моя! — удовлетворённо прошептал, обнимая меня.

Я хотела ответить что-то, но на это сил уже не было и я просто провалилась в царство Морфея.

***

Я забыла, когда я последний раз так крепко спала, что проспала до обеда! Наверное и дальше спала бы, если бы Тимур меня не разбудил.

— Настя, вставай, соня- аккуратно присел на кровать, перебирая мои волосы, пытался разбудить Мне уехать надо. Проснись же.

— Я проснулась, езжай- не открывая глаз напряжённо ответила.

Мне абсолютно не хотелось сейчас видеть Власова. Как вспомню, что ночью мы тут вытворяли, как сгореть хочется. Почему вчера мои мозги не были такими трезвым, как сегодня утром?

Вчера как пьяная, сумасшедшая и одержимая им была.

— Наастьь, посмотри на меня- голос серьёзный, но обволакивающий.

Поднимаю взгляд, и честное слово, в его глазах можно утонуть, разве можно так на женщину смотреть? Так тягуче, так …будто ты весь его мир.

Тьфу ты, что за мысли, епт.

— Мне позвонил Степа, мне надо уехать, пожалуйста, не придумывай лишнего. Я приеду, поговорим. А сейчас, у меня к тебе просьба. — поднимает брови типо, есть вариант, что мою просьбу выполня?

— Какая? И вообще куда это ты и без меня? — мои железные мозги наконец в норму приходят. Я хмуро смотрю на Власова.

— Степан вышел на след Аллы, мне надо ехать. Одного охранника, Рената, я оставлю тут…

— Но…

— Я знаю, ты в состоянии за себя постоять, Рената я оставляю для охраны дома. Мне так спокойнее, надеюсь я вернусь скоро. В любом случае я буду на связи.

— Власов, ты афигел? То есть я тут должна сидеть куковать, а ты там… — Машу рукой неопределённо. — Это и моя война в конце концов.