— Хм… я еще предлогами могу…

— Предлоги «в», «на», «по» и «к» давно мною приватизированы, так что не можешь! Аристократическое воспитание мешает.

— Спасибо, дорогой друг, что хоть союзы мне оставил! — насмешливо раскланялся Серега, — Кстати, как раз союз я с тобой и хочу заключить. Ладно, оставим на время шуточки, — оборвал он насмешливый тон, — Мне очень не нравится смерть твоей матери!

— Пиздец! Ему не нравится!!! — с досадой отбросил в сторону карандаш, который до этого вертел в руках, — А уж как я «рад» — не передать! — подскочил с места и начал вышагивать по тесному пространству за столом, прощаясь со спокойствием, — И эту мысль, посетившую тебя аж спустя неделю после похорон, ты пытаешься выдать за умную?!

— Говорю же — уже неделю вертится! С самого момента, как узнал!

— Есть что-то по вашей линии?

— Нет. Просто предчувствие у меня не самое хорошее.

Предчувствиями сына главы имперской безопасности и наследника целой династии разведчиков пренебрегать не стоило.

— Так скажи своим! — предложил я.

— А то они не знают! Лось, вот любопытства ради, как ты себе сейчас свое положение представляешь?

— Майор специального полка имперской службы безопасности… экзоскелетчик… орденоносец… — я как-то не совсем понял подоплеку вопроса.

— Угу… так и мою маму можно назвать просто полковником… Миха, ты сейчас — символ! Символ побед! Кто знает полковника Маздееву? Не тужься изображать мыслительную деятельность, я тебе сам скажу — единицы! И пусть она неплохой организатор, тут я перед ней снимаю шляпу, точнее фуражку, но ей эта должность досталась путем интриг князя Сомова, и я тебя уверяю: удержит она ее ровно столько, сколько жив ее досточтимый батюшка. Да даже Света, выступившая всего раз, известна гораздо шире, чем Людмила Васильевна, просто потому, что нашего полковника на окнах никто и никогда не замечал. Или замечал, но не афишировал! Зато майора Лосяцкого знает вся страна! Простой парень из глубинки! Не клановый! Разбил самую тяжелую серию в истории! Привлек на свою сторону самых знаменитых всадниц!

— Из всей серии я только на семи окнах побывал, те же Зайки отметились примерно на сорока.

— Но, почему-то, при выходе наших бойцов скандируют не «Зайки», а «Лоси»!

— Правильно проведенная рекламная акция… — пожал в ответ плечами, — Причем не мной.

— Согласен, тут не столько твоя заслуга, сколько заслуга организованной информационной кампании, но при всем при этом нельзя отрицать, что ты, как и Воронин, стоишь у самых истоков. И именно ты теперь знамя борьбы против тварей. Поэтому смерть твоей матери по определению не могла пройти мимо пристального внимания СБ. Я тебе больше скажу: уже даже нашли виновника!

— Вика ничего не писала… — вслух удивился я.

Серега смерил меня с ног до головы тяжелым взглядом, заставив сообразить, что он-то уж наверняка гораздо информированней, чем моя сестра.

— Ладно, я понял. Что ты от меня хочешь? Не просто же так разговор завел?

— Пока это только наметки… Весной у тебя отпуск, хочу съездить с тобой к тебе в гости.

— В смысле — ко мне?

— Не к тебе, а к твоим родителям, не придирайся к словам! Представишь меня как своего друга, которому скучно или некуда податься, не прогонят же? Недели мне, наверное, хватит. Обещаю, особо мешать твоему общению с семьей я не стану.

— Да я сам вряд ли больше недели у них выдержу… как бы не меньше…

За своевременное предупреждение о Юльке я был Младшему немножечко должен — его никто не обязывал делиться со мной выводами работы элитной оперативной бригады. И, бля, зуб даю — несмотря на адекватный выкуп, ему наверняка нагорело от матери за разглашение: в глазах главы ИСБ вряд ли ценность легендарного архива аннулировала преступную разговорчивость ее сыночка. Коль скоро Младший не спешил предъявлять претензии, как-то они с маман договорились, но все равно отказать не поворачивался язык. К тому же, повторюсь, к неясным, но плохим ощущениям потомственного шпиона стоило отнестись внимательно.

— Отпуск у меня в марте или апреле, не знаю еще точно.

— После пятнадцатого я свалю обратно в Москву, но, думаю, выкроить неделю весной сумею.

— Свалишь?.. В Москву?..

— Я, если не забыл, еще студент. И, как ты, учиться заочно не умею, эту сессию с трудом сдаю. Перевожусь обратно на очное. К тому же сейчас более интересные дела в Москве заворачиваются, для карьеры полезнее находиться там, а не здесь.

— Бросаешь, значит? А как же Зайки?

— Ты еще удивишься, как скоро мы снова свидимся! Для тебя, Заек, Иглы, Квадрата и еще нескольких человек на весь остаток зимы и весну запланирована обширная программа: будете работать образцами для подражания — ездить по стране с выступлениями. Первые запланированы в Москве, так что даже не успеешь соскучиться!

— Бля!.. Только не говори, что в школах выступать придется?! — вспомнил несколько натужных встреч с ветеранами Великой Отечественной из прошлой жизни. Кстати, для меня, маленького, эти встречи натужными не были, это потом уже спустя много лет я понял, что бывшему узнику концлагеря нелегко было вспоминать пережитое перед толпой малолеток с горящими глазами, жадно интересующимися — каковы на вкус кузнечики?!

— И в школах тоже! — «обрадовал» меня Младший, — Смотри на это, как на вербовку будущего пополнения. Лет через десять вам придется полностью взять на себя весь вал окон, концепция отражения вторжений в ближайшие годы полностью поменяется. Я думаю, даже целиком лояльным кланам оставят минимум защиты, а всех действующих всадниц постепенно переподчинят вам. Тем более, что ваш процент побед намного выше.