— Дура она, и со временем сама поймет, что без поддержки и без защиты мужа здесь женщине просто не выжить, — фыркнула Даша. — А феминизм для многих есть не право работать наравне с мужчинами, нет, тут иное, и больше желание получить привилегии. А еще оправдание блядства, «мое тело — мое дело». Тут такое не прокатит — каждый свой кусок хлеба зарабатывать должен. А без поддержки семьи и рода никто в одиночку не выживет. Так что мадама эта по сопатке скоро получит от жизни, и тогда поймет, что горбатиться на ее «хотелки» никто не хочет.

— Все правильно, милая — каковы времена, таковы и нравы. Не знаю, что у нас выйдет, может быть что-то путное и получится. В одном уверен — тридцать лет с нами никто воевать не станет, измордуем любых соседей, если дернутся. «Ноу-хау» — пулеметные тачанки конной армии. Оружия теперь столько, что бригаду вооружить можно, патронов на десяток войнушек хватит. Любому Чингиз-хану, буде он появится, шею сразу свернем.

Сергей посмотрел на сопки, сдвинувшие долину со сторон, на речку, что также неторопливо текла — ей было не до людских забот и тревог. Ведь горы равнодушны, они все измеряют категориями вечности…

2007 год. Олха.

Это короткое повествование ко «Дню», что выставлен первым, написано давно, и они должны были идти одно за другим, но здесь я переставил их местами. Это фантастика, социальная проза — а есть ли сходство с реальностью, нет его — судить исключительно читателю. Просто двумя этими «эпизодами» я хотел рассказать не о том, что могло бы быть…