А кого вместо него? Александр посадил бы хоть Анри Тенмара и лично благословил, но большинству нужна легитимность. Бедный Грегори Ильдани… жив ли еще? И уж точно не у маршала Мишеля Лойварэ. А Кармэн Вальданэ с детьми так и не нашли. К их же счастью. Скорее всего, беглецы в мрачном Мэнде. А если Жанна — у Гуго, то… бедная девочка.

Что же опять означают проклятые змеи? Новый яд самому Александру здесь подсыпать точно некому.

Да какая уже разница? Если тайный источник отравлен — всем будет плохо. Придется брать женщин в кольцо — и на прорыв. Терять уже всё равно нечего.

А если источник — жив, то нужно просто и дальше держаться. Подбадривать и утешать отчаявшихся. И насмерть драться с беспощадными врагами. Даже не в надежде на чью-то помощь. Просто потому, что сдаваться — некому. Эти не пощадят никого.

А заодно думать, куда ордену михаилитов рваться на прорыв? Ну, кроме наиболее вероятной героической смерти — вместе с защищаемыми?

На Запад, в теплый приморский Илладэн… а дальше? На Южные Острова? Да хоть в так и не разгаданные Ганг или Хеметис. К многоликому тысячебожию, древним пирамидам, южной и восточной древней мудрости. И нынешней жестокости. Хуже Гуго может быть лишь сам Гуго. И его пьяная свора.

— Ваше Высокопреосвященство… — заглянул без стука много ночей толком не спавший Жерар. Надо заставить его отдыхать хоть иногда.

Должен согласиться. Не ради себя — ради тех, кто пострадает, если железный воин Творца свалится.

— Гуговцы пошли на прорыв?

— Нет. Гуговцы никуда не пошли. Они дерутся неизвестно с кем. Пока не понять. Далековато.

Александр в очередной раз пожалел, что беда так запоздала. Или он сам не родился позже. Были бы сейчас резвые, здоровые ноги…

Неужели змеи обманули? В кои-то веки оказались мороком? И тогда… кому сейчас нужна подмога михаилитов? Кого пора спасать?

Враг такого короля — уж точно друг его врагов.

Тогда почему не уходит изматывающая тревога? Из-за слишком долгой войны? Слишком краткого сна? Из-за неумолимой старости и слабого здоровья? Или долгожданная, вымоленная подмога — совсем слаба? Чей-нибудь отчаянный отряд, не выдержавший нынешнего произвола в измученной Лютене?

Тогда точно пора поспешить!

Хорошо, сейчас светлеет раньше. Иначе стариковскому зрению опять понадобилась бы помощь.

Гонец со стены кинулся сразу:

— Ваше Высокопреосвященство, гуговцы отступают.

Да, отступают. Спасать никого не понадобилось. Сами справились.

Еще бы. Наступающие — в сине-серебристых мундирах Эрика! Во главе… с ним самим. Даже Александр уже видит, хоть яд и прилично ослабил ему зрение.

Неужели дождались?!

— Открываем ворота? — юный лейтенант (бывшие столичные войска) сияет от радости. Дождались, дотерпели, выдержали!

И светлое облегчение проступает на запавшем лице Жерара. Приливной волной катится по лицам прочих. Лицам, взглядам, душам….

— Нет, — будто кто-то чужой ответил за Александра.

— Что? — это уже не лейтенант, это верный Жерар.

Не впервые ли в жизни он усомнился в мудрости патрона?

— Если я не прав, я покину пост кардинала Эвитанского и удалюсь замаливать грехи. В любой монастырь. Вся вина будет на мне.

И лучше не думать, кто займет его место. Жерару не дозволят точно. Он — даже не епископ.

Эвитанского епископа Эрик, может, и поддержит — в пику острозубой, ядовитой Мидантии. Но вряд ли михаилита — после того, как перед его носом нагло закрыли врата Ордена.

Не влезли бы в кардиналы под шумок леонардиты.

А еще хуже, если влезет Мидантия. Там неизвестно не только, жив ли еще Патриарх (а в его окружении — такие змеи в возможных преемниках!), но и кто ныне на Пурпурном троне. Может, уже такое, что и Борис с Иоанном агнцами Творца милосердного покажутся. Святыми и непорочными, проводящими дни в посте и служении ему, а ночи — в молитвах.

Да что с Александром сегодня творится? Неужели только из-за ночного кошмара? Эрик — как раз далеко не святой, но после озверевших идиотов — Карла и Гуго… Чем он будет хуже того же Фредерика Юбочника? Ормхеймский Бастард ведь лучшее, на что можно сейчас рассчитывать! На что уже даже не надеялись…

— Но моей волей — нет. Ворот пока не открывать.

И показалось или нет, что жуткие тиски кошмарного сна слегка разжались? Будто Александр только что отогнал кровавых змей, а не подвел подвластный ему орден под смертельный гнев уже третьего короля.