Внезапный и громкий звук оборвал мои самоуничижительные размышления и заставил резко распахнуть глаза во всю ширь.

— Твою мать. — только и смог сказать я, это все, дальше уже нельзя. Дальше уже клиника. Точнее — психоневрологический диспансер, куда меня, судя по всему, в скором времени и поместят!

Кружка была разбита, даже не так – кружка была разбита на сотни маленьких осколков. И судя по осколкам, кружка каким-то малопонятным мне образом схлопнулась саму в себя, при этом осколки почти не разлетелись, а скорее аккуратно упали в радиусе примерно двадцати сантиметров от прежнего места дислокации кружки. Ровным таким кружком упали.

Однако, это не помешало содержимому кружки как следует расплескаться по столу.

Да черт с ним с этим кофе, потом ототру его со стола, стен и пола. Ну и с себя заодно. Важен ответ на вопрос – что сейчас произошло и насколько бурно разыгралась моя фантазия?

Начав анализировать порядок действий, приведший к такому однозначно странному результату, я почти сразу ухватил за хвост ровно две самые важные мысли: на момент мини-взрыва (ну или что там кружку разрушило) я был крайне зол на всех подряд, и у меня чертовски болела голова! Но уже после взрыва кружки она совершенно перестала болеть! Эмоциональный всплеск, головная боль и взрыв связаны между собой?

Бред сивой кобылы – вот так я бы и заявил такому фантазеру. Не будь я сам на месте этого самого фантазера.

А если все-таки попробовать совершить это...чем бы оно не было, более осознанно? Еще раз, только на это раз с открытыми глазами и скептическим выражением лица.

Придется повторить абсолютно все условия, но есть одна загвоздка – голова то пока не болит. М-да уж.

Решив заняться хоть чем-то полезным во время ожидания головной боли (кому сказать – не поверят), набрал номер своего начальника и после нескольких гудков он все-таки соизволил ответить:

— Игнат, у меня проблемы. — бодренько начал я.

— Да я уже в курсе, ты вчера умудрился на лестнице навернуться, мне передали. Ты как там, в порядке? — обеспокоенность Игната было слышно, что называется – невооруженным ухом.

— Голова болит, все кружится, возможно, что это сотрясение.

— Понятно все с тобой, отгул нужен?

— В точку! Спасибо! Два отгула на сегодня и завтра будет в самый раз, как раз в больницу схожу.

— Ну, предположим, к доктору ты можешь сходить и в один день. Сегодня, к примеру. — неуверенно протянул Игнат.

— А очередь? А предварительные талоны? — искренне возмутился я такой несправедливости. — Да ты пойми, Игнат, я же могу в обморок упасть прямо посреди улицы!

Из трубки донесся горький вздох. Потом еще один. После чего Игнат все же дал свое начальственное добро:

— Окей, два отгула, Артем. Выздоравливай, без тебя тут скучновато!

— Спасибо и пока, Игнат. — попрощался я, скривив страдальческую мину — головная боль начала потихоньку возвращаться.

Вовремя, тебя то я и ждал, родная моя.

На этот раз жертвой моего эксперимента была выбрана тарелка (у меня их ещё много, в отличие от кружек).

Убрав со стола все лишнее, я поставил одну единственную тарелку ровно посередине стола и отошел в противоположный от стола угол кухни. Я не из пугливых, но разумная предосторожность еще никому не помешала, ведь так?

— Нус, попробуем. — увлеченно прошептал я так, будто от громкости моего голоса зависела успешность эксперимента.

Вытянув сжатую в кулак руку в сторону потенциальной и немного керамической жертвы, я прикрыл глаза и начал концентрироваться на боли в голове.

Такой обжигающей, такой пульсирующей и беспощадной квинтэссенции моих страданий.

Постепенно нагнетая себя, взглядом я зафиксировал все изменения, которые произошли с тарелкой за все время эксперимента: сначала тарелка начала немного трястись, потом от края тарелки откололся и завис в воздухе осколок площадью в несколько квадратных сантиметров, но этот маленький осколочек оказался не согласен просто висеть в воздухе!

О нет, этот осколок резво метнулся к центру тарелки! Одновременно с этим, как будто только и ждала команды, тарелка начала рассыпаться вся и полностью, осколок за осколком. Самое интересное, что все эти осколки стремились к центру: таким образом, мы получили неровную, скрипящую от соприкасающихся осколков керамики, плотную кучку, зависшую в десяти сантиметрах от поверхности стола.

Боясь лишний раз пошевелиться, я задержал дыхание, и на выдохе резко растопырил пальцы в стороны.

Оп, вот этого я не ожидал, осколки с приличной скоростью разлетелись по всей кухне!

Так, судя по воображаемым мной траекториям осколков, они совпадают с направлениями которые указали мои пальцы! То есть, по факту полетело во все стороны, кроме той стороны где находилась моя тушка.

Так я и застыл, с приоткрытым ртом, выпученными глазами и растопыренной пятерней!

Вздрогнув от резкого стука в дверь (дверной звонок я к тому моменту благоразумно отключил), я оторвал взгляд от стола и поплелся в прихожую. Заглянул в дверной глазок, тихо выругался себе под нос, приоткрыл дверь и рыкнул: