— Если не возражаете, я пойду с вами.

— Конечно, Джин, — сказала Пенелопа, — вместе безопаснее, ага?

— Не среди этих зверей, — кисло сказал Ховард.

Джин проглотила ответ. Этот толстяк был одним из самых нетерпимых людей на свете. По его мнению, все заключенные отвратительны. Неисправимы. Придерживаясь такой точки зрения, как он мог им помочь?

С другой стороны, может, он не знал, какое это счастье — сделать чью-то жизнь лучше. Господи, это очень сложно сделать, но ради шанса что-то изменить она и стала заниматься этой работой. Так что именно это она и делала.

****

Час спустя Джин распахнула тяжелую дверь таверны «КлеймДжампер». И отшатнулась, услышав орущую музыку кантри. Хриплый голос Джонни Кэша так гремел, что уши закладывало.

Заходя в бар без компании, чувствуешь себя ужасно одинокой, и Джин остановилась рядом с рогами на стене, служившими вешалкой для одежды. Несмотря на вечер четверга, в таверне было негде яблоку упасть. С началом летнего сезона в долину Йосемити, край лесорубов, рыбаков и местных жителей, приезжало много сезонных рабочих.

Она огляделась с несчастным видом. Ее любимые коричневые вельветовые брюки и обтягивающий серебристо-белый топ казались слишком нарядными на фоне джинсов и фланелевых рубашек остальной публики. Упс. Нужно будет в ближайшее время пройтись по магазинам.

В бар зашла толпа народу и протолкнула ее внутрь, несмотря на то, что она хотела остаться стоять у стены.

— Джин! Сюда! — в углу зала встала высокая фигуристая рыжеволосая девушка и помахала ей. Две другие остались сидеть за квадратным деревянным столом.

Воспрянув духом, Джин направилась к ним, осторожно двигаясь на высоких каблуках по неровному полу. Она вдыхала запаха парфюма и попкорна, пива и пота, сырой одежды и одеколона.

— Джин, я так рада, что ты пришла, — Бекка обвела рукой компанию за столом, — Вирджиния Каннингем, а это Саммер Арагон и Кайли Мастерсон Хант. Саммер медсестра в клинике Биар Флэт. Кайли и ее семья владеют туристической фирмой.

Хорошенькая блондинка в золотом кашемировом свитере просияла, улыбаясь с другого конца грубого деревянного стола. Как ей подходит имя Саммер [1] !

— Присоединяйся, Джин.

— Рада познакомиться, — сказала миниатюрная Кайли, взъерошенная брюнетка с темно-карими глазами, одетая в майку и фланелевую рубашку. Она указала на кувшин с пивом и подняла стакан. — Пиво будешь?

— Спасибо всем, вы мои спасительницы, — Джин повесила замшевую куртку на спинку стула и устроилась поудобнее. Она взяла у Кайли стакан с пивом и осушила его на треть. Холод и солод. — То, что нужно.

— Тяжелый день на работе? — спросила Саммер с непритворным сочувствием.

— Милая, ты себе даже не представляешь, — Джин закатила глаза и улыбнулась.

— Чем ты занимаешься? — спросила Кайли.

— Я социальный работник.

— Из окружного агентства медицинской помощи на дому? — спросила Саммер, нахмурившись. — Или у тебя собственная практика?

— Нет, — она сглотнула, вспомнив о своей старой клинике, — я работаю в тюрьме.

— Оу, я даже представить себе не могу, — сказала Бекка.

— Я там только второй месяц. Это очень не похоже на то, к чему я привыкла, — некоторые из ее коллег консультировали заключенных, поэтому она думала, что ей понравится эта непростая задача. Она ошиблась. Джин смотрела в стакан с пивом, наблюдая, как пузырьки поднимаются на поверхность. Она мечтала о новом старте, совершенно иной жизни, наполненной значимой работой, поддерживающим окружением и потрясающими друзьями.

Вместо этого она была в ужасе от этой работы. И, что еще хуже, она скучала по бывшему жениху, друзьям, городу. На самом деле, она скучала по дому больше, чем ребенок, первый раз поехавший в лагерь.

Тосковать по дому, заедать стресс и запоем смотреть старые вестерны — не лучший способ начать новую жизнь.

Как следует отругав себя, она пришла сюда, желая повеселиться. Умничка, Джин. Вокруг раздавался чудесный шум — смех, звон стаканов, Алан Джексон пел «Гуд тайм», жарился попкорн. Она улыбнулась девушкам: — Я очень рада, что вы меня пригласили.

— Вот, детка, угощайся жирным и соленым, — Бекка пододвинула ей тарелку с картофелем фри. — Так что случилось сегодня?

— Ну, первым был заключенный, который… ну, он чувствует себя настолько виноватым в том, что из-за него погиб друг, что находится на грани того, чтобы покончить с собой, — и то, что до этого его консультировал Ховард Сайдел, уж точно ему не помогло.

Сможет ли она вытащить его?

Она сможет. Она должна.

— Следующий, — она скорчила рожицу, — хотел не столько получить консультацию, сколько….эмм… удовлетворить себя. У меня в кабинете.