— Бегу, — Так же шёпотом ответила я и он всё-таки меня настиг.

Мы целовались. Игорь первым начал, он даже не дал мне спросить, что он хочет от меня теперь. Я была растерянна.

— Люблю, — Повторил он, — Но моя любовь больна. Ты убежишь. Я строг.

— да где?

— Вот именно, — Я начала учиться, чтобы ладить с этим мужчиной.

— Зачем ты это делаешь?

— да потому, что я не понимаю тебя. Меня всегда учили, что если не понимаешь учись.

— Эко, у тебя родители.

— Это мир, — Мы вновь целовались и мне это не нравилось. «Большая часть времени, проходит в поцелуях» пронеслось не понравившееся в моей голове. Я хотела, чтобы нас никто не видел, но ему было плевать.

— Мне всегда плевать, — Я не хотела ему отвечать, мне требовалось время, — Ты опять поросла, — Я молчала.

— Я не хотела бы, чтобы мы сейчас разговаривали. Это не из-за настроения, или ещё чего-то. У меня достаточно трудный период.

— Вот, теперь ты меня понимаешь.

— Да дослушаешь же ты меня? Мне проще отвечать, когда я разбираюсь в вещах, а я не знаю что я хочу, — Меня вновь поцеловали, да так что я сдалась почти сразу.

Мы вломились в его квартиру не с ходу, но почти. Он раздел меня. На лестничной площадки я ещё как-то сопротивлялась рукам, там были камеры, а вот при фойё я уже сдалась, и он как сорвался. Меня ласкали то там, то здесь и это было по-другому. Он никогда не был таким, он мечтал и учился. Видимо не на мне, а на ком-то другом, зачем-то попыталась вклиниться мысль, но я её тут же убрала. Это не для меня. Он на минуту отстранился, а потом по новой напал на меня.

Мы целовались, кувыркались и всё подряд. Перечень наших движений заставляла меня удивляться, а он всё нападал и нападал.

— Нет, ты сорвёшься.

— Верь, — Он хотел меня, а я ждала чуда. Чудо случилось на утро, я переночевала у него. Он просто не отпустил меня, и засиживал до той поры, пока я вновь не оказалась в его постели. Это было странно. Странно и то, как он держал меня за руку. Мысли о его любви были просты, а золото его орехов блестело на свету. Свет падал ровно туда, где стояла креманка.

— Ешь.

— Не хочу, — Он меня накормил, и закармливаться не хотелось.

— Что, ты сейчас пишешь? — Я не хотела говорить.

— Много чего.

— Перестань. Дай мне шанс.

— На что? — Он долго думал, а потом придвинулся ко мне и поцеловал. Мне казалось, он изучает. Изучал он долго. Мир рушился от его взгляда, а я таила под его губами. Образованность говорила о том, что мир рушился. Он хотел меня, — Ты на долго? — Спросила я, он отвечать на предыдущий вопрос не собирался видимо.

— Нет, — Я улыбнулась и Игорь вновь меня обнял, — Давай посмотрим, что-нибудь, — Я удивилась, мне начали рассказывать про коллекцию фильмов, которую он собирал.

— Ты индивидуален, — Я сидела на корточках и осторожно, перебирала его драгоценные диски. Мне казалось, что он не хотел мне их давать в руки.

— Ты так их трогаешь.

— Ты видел их фон? — Я вскрикнула, но задумалась, — Прости. Я больше удивлена и не знаю, как передать эмоцию.

— Надо учиться, — Я кивнула. Иногда хотелось, чтобы тебя видели просто такой, какая ты есть.

— А, если не хочу?

— В этом твоя беда, — Я улыбнулась. Улыбка получилась горькой.

— Я бы хотела, чтобы мои индивидуальные черты были тем, что радовало всех.

— И в чём здесь смысл? В твоём восклике? — Я повернулась.

— Ты не замечал, что моя реакция на твои диски, сполна тянет на оскар для твоей коллекции? Я не смогла подобрать слов и эпитетов, для драгоценности своих мыслей.

— Что-что? — Мне не хотелось, чтобы он уходил от темы на драгоценности, но он и не успел себя остановить.

— Ну, вот пропал.

— Это важно, — Я кивнула и вернулась к его коллекции. Она была дорога, так как я смотрела те пальцы, которыми он выбирал эти самые фильмы, — Эта коллекция давно так никого не интересовала, — Мне стало неприятно, я не знала сколько женщин он водил к себе, — Ни одной, — Я смущённо улыбнулась, — Это была ошибкой, — И тут же заледенела. Я не знала, как на него реагировать.

— Ты забавная, ты ждёшь чего-то особенного, — Я молчала, Игорь тоже.

— Знаешь, я домой лучше пойду.

— Маш.

— Ты говоришь такие вещи, которые потом приходится сопоставлять с фактами. Ты просишь дать шанс, а я сижу и думаю — на что?

— На жизнь.

— На какую? — Тихо спросила я, — Я вот похвалить хотела, за такую красивую коллекцию. У меня Отца похожая, но это твоя. Я хотела сказать, что я знаю, что это такое — такие вот слова. Ты не хотел мне её показывать.

— Да с чего бы это?