– Девятое управление КГБ уже несколько лет, как полностью независимо от остального ведомства, – напомнил Примаков, – соответствующий приказ подписал Юрий Владимирович. Так что наши возможности на этом направлении слегка ограничены.

– И кому же подчиняется теперь эта ваша девятка?

– Вы наверно удивитесь, но непосредственно вам, Григорий Васильевич…

– Хм, – чуть не поперхнулся Романов, – ладно, с этим я потом разберусь. А что ваше ведомство, Евгений Максимович, планирует предпринять в связи с этими проблемами? – поставил он прямой вопрос вопрос, – мне, знаете ли, не очень хочется разделить судьбу Сальвадора Альенде.

– Меры принимаются, товарищ Романов, – сел по стойке смирно Примаков, – но в целях минимизации риска я бы посоветовал вам воспользоваться услугами двойников.

– Интересная информация… – задумался Романов, – значит, у меня есть двойники… я о таком только в шпионских романах читал. И сколько же их?

– Двое, Григорий Васильевич, – отчитался Примаков, – один почти точная копия, второй похож, но лучше вблизи его не показывать, только издали.

Вашингтон, округ Колумбия, Белый дом

К Рональду Рейгану напросился для срочной беседы директор ЦРУ Уильяма Кейси, тот согласовал визит. Кейси по своему обыкновению развалился в кресле, высоко задрав ноги на подлокотник соседнего дивана, а внизу ярко синел герб Соединенных Штатов.

– Какие проблемы, Вилли? – справился президент, доставая гаванскую сигару из лакированного ящичка.

– Обычные для нашего ведомства, Ронни, – ответил Кейси, принимая от него вторую сигару, – отличный табак, давно такого не пробовал.

– Контрабанда прямиком от Фиделя, – пошутил президент, – ну вываливай все, что накопилось.

– В России опять неурядицы, Ронни, – ответил Кейси, глубоко затянувшись, – по сведениям наших источников, Романова хотят ликвидировать в ближайшее время. Источника, кстати, два, они независимы друг от друга, но передали одинаковую информацию.

– Это хорошо или плохо для нас? – спросил Рейган, выпустив струю дыма к потолку.

– Чистых цветов в политике не бывает, ты же знаешь, Ронни, – ответил директор, – черное и белое иногда переплетаются очень сильно… так что тут есть и хорошее, и плохое одновременно.

– А чего больше в процентах? – задал неожиданный вопрос Рейган, – черного или белого?

– Лично я считаю, – сделал небольшую паузу Кейси, – что любые проблемы у нашего главного противника это благо для нас… ты наверно тоже?

– В общем да, – нехотя ответил Рейган, – но ты продолжай.

– Продолжаю, – Кейси тоже выпустил длинный столб дыма к потолку овального кабинета, – но вот один мой сотрудник, заместитель начальника русского отдела, думает по-другому. И я не могу не прислушаться к его мнению – раньше он почти всегда оказывался прав, когда выдавал аналитику по русским вопросам…

– Кто такой? – тут же заинтересовался Рейган.

– Джон Райан его зовут, высокий такой и рыжий парень с плохими манерами…

– Наверно я его видел пару раз, – потер лоб Рейган, – ну и что там твой Райан думает? Выкладывай…

– Он много чего думает, у него профессия такая – аналитик по русским вопросам. Но конкретно сейчас он вот что предлагает…

И Кейси вытащил из папочки с выдавленным логотипом CIA один сиротливый листочек, заполненный едва наполовину.

– У меня зрение не очень, ты же знаешь, – сразу сказал Рейган, – озвучь, если не трудно.

– Окей, босс, – тут же отозвался тот, – озвучиваю. Джон Райан тут написал, что устранение Романова не в интересах Соединенных Штатов, это если коротко.

– А если длинно? – заинтересовался Рональд.

– Подпункты его заглавного утверждения такие, – продолжил Кейси, – во-первых, ядерный арсенал России, который, как ты наверно знаешь, совсем немаленький…

– Знаю-знаю, – отозвался президент, – около 10 тысяч боеголовок и две с половиной тысячи носителей… кстати, вы там прикидывали, что случится, если начнется настоящее противостояние?

– Обмен ядерными ударами? – уточнил на всякий случай Кейси и, дождавшись кивка Рейгана, тут же продолжил, – конечно, прикидывали и не раз. НОРАД сумеет сбить максимум треть от запущенного Советами, остальные две трети долетят до пунктов назначения – в итоге 90 процентов территории Штатов будет непригодно для проживания в течение двадцати-двадцати пяти лет. Больше всего повезет Аляске и Гавайям, там ничего особенно военного нет…

– А что насчет территории Советов?

– У них вдвое большая площадь, сэр, – ответил Кейси, – поэтому процент зараженной территории будет почти вдвое меньше, сорок-пятьдесят. Остальное останется пригодным для существования, но это, конечно, будет Сибирь и Дальний Восток, там жить трудно.