Шрифт:
– Карлос был связан со всем Западным побережьем. Поэтому нам так важно как можно скорее найти его. Если с ним что-то случилось, нам придется срочно искать ему замену. Сейчас как раз начнется сезон. Я уже разговаривал с Государственным Патрулем в Салеме. Они посоветовали мне связаться с местными властями.
– Кажется, вы упоминали, что взяли автомобиль в Кламат Фоллсе, – заметил Крафт.
– Я отправился чартерным рейсом, – ответил Перуджи и с нарастающим интересом стал ждать реакции Крафта.
– Чартерным рейсом? Ну и ну! Вы же могли лететь прямо сюда и садиться на нашей небольшой грязной посадочной полосе, если бы хотели. Почему вы не сделали этого?
«Итак, мы оба пытаемся выудить друг у друга информацию, – подумал Перуджи. – Отлично. Интересно было бы посмотреть на твою реакцию, если бы я добавил в объяснении, что пропустил совещание в Портленде и был вынужден встречаться со своими людьми в Кламат Фоллсе».
– Мне не нравятся небольшие деревенские посадочные полосы, – ответил Перуджи.
– Не скажу, что осуждаю вас за это, но у нас она достаточно неплохая. Вы сделали запрос в полиции Салема? – Голос Крафта звучал настороженно.
«Неплохая техника ведения допроса, – подумал Перуджи. – Этот деревенский полицейский не так уж прост».
– Да, сделал. Фургон Карлоса был приписан к Портленду и на время отпуска взят оттуда. Государственная полиция уже начала расследование по пути их следования. У них есть копии моей фотографии.
– Понимаю. Пиротехника, должно быть, большой бизнес, – заметил Крафт. – Ваши люди тратят много денег – чартерный самолет и все такое.
Перуджи поразмыслил над его словами и решил, что на эту колкость следует ответить:
– Мы не бросаем своих людей, мистер Крафт, и готовы тратить на это деньги. Я надеюсь, вы начнете розыски как можно скорее. Ну, а теперь расскажите, как мне добраться до вашего офиса?
– Вы в мотеле, верно?
– Да.
Крафт объяснил, что ему надо отъехать от места стоянки мотеля, свернуть направо и выбраться на Окружную дорогу номер 14.
– Держитесь левой стороны, пока не доберетесь до нового торгового центра. Вы увидите его с шоссе. У меня небольшой офис на третьем этаже. Любой вам его покажет.
– Отправляюсь немедленно, – сказал Перуджи.
– Одну минутку, мистер Перуджи, – произнес Крафт. – У вас есть что-нибудь вроде сигнальных ракет или фейерверочных огней?
– Разумеется, нет! – В ответе Перуджи прозвучало фальшивое возмущение, в то же время он отметил про себя, что Крафт правильно произнес его имя, и его действия были вполне официальными. «Он что, рассчитывал, что я не знаю местного федерального закона касательно фейерверков?» Потом Перуджи продолжил: – Мы действуем только по официальным каналам, шериф Крафт. У наших людей есть только фотографии и каталоги. Если бы мы не соблюдали законы, мы недолго продержались бы в своем бизнесе. Однако я нахожу ваш вопрос довольно интересным.
– Просто хотелось удостовериться, что вы знаете наши законы, – пояснил Крафт. – Нам бы не хотелось, чтобы поползли слухи, что кто-то из нас причинил вред гостю. Вам нужно…
– Я не имел в виду ничего подобного, – оборвал его Перуджи. – Мне показалось, однако, весьма интересным, что вы упомянули об этом, шериф Крафт. Через несколько минут ожидайте меня в своем офисе.
Крафт несколько секунд молчал, а затем сказал:
– Хорошо. Не забудьте фотографию.
– Я помню о ней.
Повесив трубку, Перуджи некоторое время смотрел, не мигая, на телефон. Потом он позвонил в Салем и сообщил в Государственный Патруль, что разговаривал по телефону с шерифом Линкольном Крафтом, и спросил, нет ли для него какой-нибудь информации. Ничего нового не было. Затем он позвонил по коммутатору в Балтимор и попросил соединить его с ФБР. Это служило кодовым сигналом, что он не доверяет местным властям, и его офис должен был подтвердить помощь со стороны ФБР.
После этого Перуджи нажал на головку своих наручных часов и почувствовал слабое покалывание кожи, означающее, что группы в горах приступили к работе и принимают его сигналы. Все шло, как было запланировано. Пора начинать вытаскивать Хелльстрома из его берлоги.
27
Из записей Нильса Хелльстрома:
«Живой прототип компьютера был сконструирован природой задолго до появления первого человека на Земле. Это не что иное, как термитный муравейник, один из первых примеров социальной организации. Это живое напоминание о том, что все может быть не так, как того желает человек; среди жизненных форм, разделяющих с ним планету. Разумеется, всем нам известно, что в сравнении с человеком насекомые вовсе не демонстрируют того, что мы подразумеваем под интеллектом. Но почему мы должны этим гордиться?
Отсутствие интеллекта не обязательно указывает на наличие глупости. И термитные муравейники – живое обвинение, указывающее пальцем на нашу гордость. Компьютер – это механизм, запрограммированный тысячами крошечных бит информации. Он обрабатывает ее, преобразуя в логическую форму. Только вдумайтесь в это! Не является ли прекрасно функционирующее общество логической формой? Я имею в виду, что обитатели термитного муравейника, каждый являясь битом целого, двигаются по своим никому не известным дорожкам, тысячи крошечных частиц информации, самоорганизующихся в бесспорную логическую форму. Источник их силы – праматерь-королева. Это огромная пульсирующая энергетическая масса, наполняющая все вокруг себя ненасытным желанием. Таким же образом и наш Улей твердо покоится на камерах воспроизводства. В пульсации тела королевы – будущее всего термитного муравейника. Внутри наших камер – наше будущее и, без сомнения, будущее всего человеческого рода».
Крафт позвонил на ферму сразу, как только Перуджи повесил трубку. Через минуту Хелльстром был на связи с ним.
– Нильс, тут объявился парень по имени Перуджи. Говорит, что он из «Блу Девил Файерворкс Корпорейшн» и что он ищет пропавшего коммивояжера и его жену. Они пропали в твоем районе. Утверждает, что у него есть письмо от этого коммивояжера, где упоминается Неприступная долина. Как нам следует себя вести?
– Я же предупреждал тебя, что этого надо ожидать, – сказал Хелльстром.