А к вечеру появились вести об уничтожении упыря-маурези. Жрецы Перуна выследили монстра, умеющего менять облик, и спалили молниями. Репортаж об очередной победе показали по телевидению, а в качестве героя дня представили царевича Юрия.

Меня поселили на третьем этаже в дальнем крыле дворца. Покои напоминали гостиничный номер с одной комнатой пять на пять метров. Обстановка эконом класса – кровать с тумбочкой, на которой стационарный телефон, стол со стулом, телевизор и отдельный санузел, совмещённый с душевой. Этажом ниже располагались кабинеты тайной канцелярии. Довольно часто оттуда доносился крик Мирослава Ефремовича Прозоровского. Он орал на подчинённых и требовал наладить связь с тем или иным населённым пунктом.

Я посмотрел новости по телевизору, и когда наскучило сидеть в четырёх стенах, выбрался в коридор. Не прошло и минуты, как возле лестницы меня догнал Панин и поинтересовался, куда я собрался на ночь глядя?

– Никита Иванович, давайте определимся с моим статусом! Я – пленник? Если да, заприте за решёткой, коль свободен, позвольте идти куда хочу!

– Однако, интересная постановка вопроса. Скажем так, я взял вас на поруки, и мне бы не хотелось разочаровываться. Если вам нужно что-то из города, только скажите и вам мигом всё доставят, а пока у вас нет пропуска, вы не можете выйти за пределы территорию тайной канцелярии без сопровождающего.

– Значит, всё-таки пленник!

– Нет! Вы заложник нынешних обстоятельств и ценный ресурс! На улице комендантский час, а у вас нет документов. Однако я могу вам помочь и дам удостоверение агента тайной канцелярии

– И пойдёте вместе со мной гулять по улицам? – ехидно поинтересовался я.

– Однако насмешили! Вы считаете мне больше нечем заняться?

– И не пошлёте за мной человека?

– Я верю в ваш здравый смысл! Доверие такая хрупкая вещь! Один раз разобьёшь и больше не склеишь.

– Тогда у меня вопрос, а получают ли сотрудники тайной канцелярии зарплату? А то у меня в карманах шаром покати.

– Однако насмешили! Вы, наверное, не знали, но за помощь в ликвидации кровожадного пожирателя вам полагается премия в размере ста тысяч рублей. Деньги на карте Банка Руси. Вы получите её завтра утром – сейчас финансовый отдел закрыт. Вам нужна наличность? Могу одолжить пару тысяч. Хотите купить что-то конкретное? Просто в это время все заведения города кроме борделя закрыты.

– Борделя? В центре города?

– Да, мужчинам нужно снимать напряжение, – пояснил Панин. – С сегодняшнего дня объявили комендантский час. Помните, на улице никаких потасовок, в противном случае род Морозовых откроет огонь на поражение. Вы же слышали – запрещены все дуэли и поединки.

– Понятно. А теперь такой вопрос, как бы мне узнать судьбу двух свидетельниц боя с Шуваловым-младшим?

– Однако! Интересные у вас запросы, – нахмурился Панин. – Хотите ликвидировать? Зачем? Они дали показания и всё запротоколировано.

– Давно мечтал переспать с близняшками в форме горничных.

– Однако! Педант оказался прав! Вы не просто скромный Хвастун, но и виртуозный лжец! Я совсем не увидел изменений в ауре. Потрясающе! Впервые вижу настолько наглого юнца! Врать глядя мне в глаза и не попасться! Да вы – Талант! Нет, Талантище! Надо изменить позывной, а то хвастун не соответствует сути.

– Никита Иванович, скажите честно, как вам удалось дожить до преклонных лет с таким своеобразным чувством юмора? С вашими шуточками вы волей-неволей должны нажить массу влиятельных врагов. Или вы хохмите только над теми, кто слабей?

– Однако! Вопрос не в бровь, а в глаз. Скажу по секрету, у меня есть соперники, не уступающие мне по возможностям, но они не понимают чёрного юмора. И с ними совсем неинтересно общаться. То ли дело с вами, мой юный талантливый Хвастун. Пошли за удостоверением. Там же и узнаем судьбу ваших двойняшек. Если хотите, можем организовать их доставку для проведения допроса в приватной обстановке.

– Просто узнать, а говорить с ними лучше на нейтральной территории.

– Однако моё дело предложить, а ваше – отказаться.

Вскоре я получил «корочку» и информацию о Марии и Милане Ветлицких и, выйдя за ворота Кремля, отправился по улице. Ко мне сразу же подошли гвардейцы из рода Морозовых, но увидев удостоверение тайной канцелярии, моментально отстали. А девушки жили неподалёку отсюда в квартале аристократии средней руки в доме барона Аркачеева. На той же улице обитали Аксаковы – моя биологическая мать из этого рода. Только она вышла замуж за графа Салтыкова, поэтому давно перебралась в пригород.

Теоретически я бы мог заглянуть в гости к барону и побеседовать с сёстрами, но на практике не хотелось светить интерес к девушкам. Хотя чего уж там, Панин явно не забудет того что я собирался пообщаться с девицами, так что не стоит откладывать. Я не верил, что меня оставят без опеки, но выискивать хвост не посчитал нужным. Какая разница, следят за мной или нет? В тайной канцелярии знают, куда я намеревался идти.