— Тайник где-то там? — спросил я, кивнув в сторону дворца и ёжась от мысли, что придётся заходить внутрь обгоревших помещений. Никогда не любил запах гари.

— Нет, — ответил Любомир. — Нужно обойти. Он дальше, возле входа.

Мы пошли по дорожке, вдоль живой изгороди, обходя западное крыло здания. На траве то и дело попадался разный мусор: сломанные вещи, цветочные горшки, видимо, выброшенные из окон, другая утварь…

— Вот местные бродяги, наверно, озолотились… — грустно вздохнул я.

— В смысле? — с недоумением спросил Любомир.

— Такая богатая заброшка внезапно…

— А, ты про мародёров. Не думаю, что им удалось попасть на территорию. Она защищена охранными прикладами. Обычным людям сюда не попасть, если только проход специально не открыть.

— Вон оно как!

— Но и этих вот тоже на территории не должно быть! — сердито нахмурился дух.

Мы вышли из-за угла дворца и увидели, как три человека в белых комбинезонах устанавливают какую-то сложную деревянную раму со странной конструкцией внутри, напоминающей бронзовый маятник.

— Это — серьёзное нарушение Имперских уложений, — вздохнув, продолжал Любомир. — До определения наследования имения заводить на территорию кого-либо, кроме официальных представителей Имперской Гвардии. Если об этом станет известно — будут последствия.

— Кто это? — спросил я.

— Уваровы, — с ненавистью выплюнул Любомир. — Проклятые стервятники! Этот, который в центре, Живород, их волхв. Двое других — младшие братья князя.

— Что это они мастерят?

— А давай подойдём поближе, посмотрим, — предложил дух. — Только за заклятием следи. Это, конечно, не высшие волхвы Имперской Гвардии, но тоже опасные твари…

— Хорошо, — ответил я.

Люди в белых комбинезонах трудились молча и сосредоточено. Таскали доски из разложенного рядом на траве ящика. Вставляли их в пазы, что-то отмечали, сверяясь с чертежами, разложенными на небольшом переносном столике. Чуть в отдалении, возле леса, стояли ещё несколько деревянных ящиков с большими щелями между досками. Оттуда доносилось кудахтанье и блеянье.

Любомир побродил между ними, приглядываясь, потом вернулся ко мне.

— Ясно. Они пытаются усилитель поисковых заклятий смонтировать, — чуть ли не прошипел от сдерживаемой ярости дух. — Вон какие подношения приготовили. Твари! На чужой земле!

— И что, это опасно? Они смогут найти этот тайник, о котором ты говорил?

Дух перестал сжимать кулаки и посмотрел в мою сторону.

— Не знаю. Возможно. Впервые вижу такую конструкцию, это что-то секретное… слушай! — добавил он. — А ты ведь можешь их убить! И будешь в своём праве абсолютно!

— Убить? — растерялся я.

— Ну да. Подойти, свернуть шею по-быстрому, сначала волхву, потом остальным, пока очухаться не успели! Они ведь стопудово к такому не готовы! Даже если потом об этом Гвардия или сам Владетель узнают — ничего сделать не смогут, они на нашей земле без приглашения творят магические действия! Мало того, что это нарушение всех мыслимых уложений и указов, это ещё и прямое объявление войны!

Я нервно сглотнул. Посмотрел на суетящихся людей. На вид они были самыми обычными: у всех троих светлые волосы, да и общие черты просматривались — большие залысины, светлые глаза… если не знать, и не скажешь, что какие-то там особенно зловредные князья… можно прочитать заклятие усиления, я его отлично помню. Подойти, потом протянуть руки и…

Меня передёрнуло. Я чуть ли не наяву услышал треск ломающегося позвоночника, стекленеющие глаза, панику родственников, которые не понимают, что произошло и не знаю, что скоро и они сами отправятся к праотцам.

— Погоди-ка секунду, — сказал я, глядя на Любомира.

— Что? — нетерпеливо спросил он. — Действовать быстро надо, пока имперцы ничего не поняли. Нам ещё вещи из тайника забирать!

— Скажи, а твой план моего возвращения — он предполагает, что обо мне сразу станет известно? — спросил я. — Ты вроде говорил, что нет.

— Нет, конечно. Нам сначала подготовиться надо, — он пожал призрачными плечами. — А что?

— А то, что, если я сейчас их убью — это будет всё равно, что оставить свой автограф на всю стену, — ответил я. — И дополнительно приписать: «Вот он я! Ищите меня скорее!»

Любомир сначала нахмурился. Потом смутился и опустил взгляд.

— Пожалуй, — нехотя согласился он.

«Парню восемнадцать, — напомнил я себе. — Да, он старается вести себя ответственно. Так, как вели себя взрослые в его окружении. Испытания мне устраивал… наверно, потому что с ним самим поступали так же. А ещё потому, что я сам это позволял. У него нет настоящего жизненного опыта. Зато эмоций хоть отбавляй!»

— Давай посмотрим, что это за штуковину они строят, — предложил я. — Вдруг пригодится? Ты сможешь запомнить чертежи?