Но как бы я не храбрилась и не иронизировала на этот счет, в моей душе он сумел зародить огонек надежды. Мне очень хотелось верить, что все сказанное в тот день – правда, и вот-вот перед нами откроются новые горизонты и вызовы.

О произошедшем разговоре я рассказала маме вечером за чашкой чая на кухне. Мне было очень интересно услышать, что она думает на этот счет.

– Ой, Лисенок, хорошо, если так будет, конечно, но ты сильно не надейся, – мама была настроена скептически и не разделяла моего робкого оптимизма. – Вдруг он как папа, наобещает тебе с три короба и уйдет в закат.

– Ну может не все мужчины такие, – попыталась возразить я, – вот дедушка у нас – человек слова. Был…

Наверное, Филиппу Сергеевичу удалось задеть самую уязвимую струну моей души. Мой папа всегда много обещал. Будучи доверчивым и открытым ребенком, я надеялась, но каждый раз, вместо обещанных походов на карусели или желанных подарков, меня ждало горькое разочарование. Крайне редко папа держал свое слово.

Проходя этот урок из раза в раз, все вылилось в то, что я стала надеяться только на себя. Карманные деньги, которые мама выделяла на булочки в школьной столовой, я не тратила и откладывала на свои желания. В подростковом возрасте подрабатывала у мамы в кафе и снова копила, копила.

Папа нас оставил, когда мне исполнилось 12. Уехал в командировку на заработки. Обещал вернуться, но в очередной раз не сдержал свое слово. Позже мы узнали, что в своем новом месте обитания он уже обзавелся семьей. Мама подала на развод, оставшись одна с двумя детьми-подростками.

Конечно, ей было на кого опереться – бабушка с дедушкой помогали чем могли. Мы были сыты, одеты, обуты. Всегда была крыша над головой и теплое отношение друг к другу.

Но через год не стало и дедушки. Болезнь забрала его у нас. Мой брат, который старше меня всего на два с половиной года, резко повзрослел и почувствовал на себе ответственность за заботу о нас.

С этого момента самым частым советом от мамы стало:

– Дети, надеяться нам не на кого. Учитесь и рассчитывайте только на свои силы.

Чем больше дней проходило, тем спокойнее я относилась к словам босса. В голове крутилась одна умная мысль: «делай, что должно, и будь, что будет». В конце концов, я пришла на практику, а значит нужно выполнять, что говорят и выкладываться на максимум.

***

Почему, чем старше ты становишься, тем быстрее летит время? Вроде только вчера был понедельник, уже сегодня пятница. Несмотря на то, что на дворе стояло жаркое лето, сегодня утро было хмурым и душным.

Из-за пасмурной погоды вдвое сложнее было заставить себя встать с кровати в такую рань. Я даже немного позавидовала одногруппникам, которые нашли предприятия, где им поставят печати о прохождении практики без обязательной отработки. Потом вспомнила, что мне вообще-то платят за работу и собиралась в офис уже чуть бодрее.

– Лизонька, возьми зонт, – велела бабушка, когда я завтракала на кухне. – У меня сегодня так суставы крутит. Точно дождь будет.

– Хорошо, бабуль, – пообещала я, а потом поняла, что опаздываю и решила, что и так доеду.

В итоге из-за того, что я не доверилась бабушкиному внутреннему барометру, по дороге на работу я попала под ливень и промокла до нитки.

Как назло, дождь хлынул ровно в тот момент, когда я шла от остановки к офису. Ну как сказать шла. Бежала. Все еще наивно надеялась появиться в офисе в адекватном виде. Когда я вошла в просторный холл, с меня текли струи воды, а вся одежда прилипла к телу. Я порадовалась, что охранник отсутствовал на своем посту и мечтала о том, чтобы все коллеги последовали его примеру.

Поднимаясь в лифте к нам на этаж, я бросила беглый взгляд на часы. 08:15. Филипп Сергеевич приходит не раньше 09:00, а то и в половину десятого. В запасе у меня есть, как минимум, полчаса. Может одежда успеет высохнуть?

Попробую включить теплый пол и разложить вещи на нем. Должно помочь. Ткань тонкая, вертикальная импровизированная батарея скорее всего справится довольно быстро. Хоть это и не самое разумное решение, но явно лучше, чем сидеть в насквозь промокшей одежде.

У меня слова с делом не расходятся. Не теряя ни минуты, я включила отопление, сняла блузку, оставаясь в одном бежевом лифчике, и принялась расстегивать юбку, как вдруг дверь в приемную открылась.

На пороге стоял тот, кого я меньше всего сейчас хотела увидеть. Босс вначале впал в ступор, потом грязно выругался и вышел за дверь. Постоял там пару минут.

Я попыталась натянуть мокрую блузку обратно, но ткань плохо поддавалась любым манипуляциям.

Филипп Сергеевич деликатно постучал и осторожно приоткрыл дверь. Впрочем, сам он на пороге не появился.

– Лиза, что у тебя случилось? – строго спросил он, стоя за дверью.

– Я попала под дождь и промокла, – ответила я, понимая, насколько глупо это звучит.