— Нет… да… — залепетал Левьен, — смутно… Кажется, он из службы безопасности.

«Вот оно что! Майор Гросс из службы безопасности…»

— Значит, память у вас еще не окончательно отшибло? — продолжал греметь Сэндерс. — И вы наверняка помните, куда исчез ваш дружок, Пьер Лебон!

Шарль Левьен вскочил. Лицо его сделалось бледным, правая щека подергивалась, руки тряслись.

— Откуда вы знаете? — глухо спросил он.

По предварительной договоренности с Гансом Миллером ни Левьену, ни Риччи решено было не сообщать о визите Клода Реналя в женевскую резиденцию Сэндерса, равно как и о сведениях, доставленных им из Франции и Италии. Таким образом, ни тот ни другой не знали, что полиция напала на их след. Последним вопросом Сэндерс пытался убить сразу двух зайцев: во-первых, нагнать побольше страху на Левьена и поставить его на место и, во-вторых, проверить благонадежность Миллера. Судя по реакции француза, обе цели были достигнуты. Левьена трясло от страха — значит, Миллер остался верен Сэндерсу и не проговорился сообщникам о визите Реналя в Женеву. Искоса взглянув на таксиста, Сэндерс заметил, что тот безучастно смотрит в окно.

— Вы что, следили за мной? — Голос француза дрожал от волнения.

— Это вас не касается, Левьен, — грубо отрезал Сэндерс. — И учтите, если вы еще раз позволите себе нарушить инструкцию, будете иметь дело лично с майором Гроссом. Надеюсь, вам ясно, Левьен? — Тот судорожно кивнул. Сэндерс резко повернулся к двум другим двойникам. — Еще есть у кого-нибудь вопросы?

Миллер продолжал смотреть в окно.

— Есть, — внезапно подал голос Риччи. — У меня вопрос, Сэндерс.

— Да? — Сэндерс насторожился.

Маленькие глазки миланца пристально смотрели ему в лицо. Он вдруг понял, что за эти два дня слышит голос Риччи впервые.

— Говорите, Риччи! — потребовал Сэндерс.

— Кто были те двое? — сощурившись, спросил итальянец.

— Двое? Какие двое? — Сэндерс не сразу понял, о ком идет речь.

— Те двое, с которыми вы больше часа разговаривали на улице.

Сэндерс уже сообразил, что этот пронырливый итальянец имеет в виду Кигана и Диверса. Неужели следил? Или это чистая случайность?.. Сэндерс почувствовал, как волна гнева вновь поднимается в его душе. Риччи вторгся в нечто запретное, и сейчас он за это поплатится.

— Эти парни из полиции, — тихо, но четко произнес Сэндерс. — Надеюсь, вас устроит такой ответ, Риччи?

— Не совсем, — в тон ему отозвался итальянец, не сводя с босса пристального взгляда.

— Какая досада! — воскликнул Сэндерс, всплеснув руками. Глаза его метали молнии. — Мне кажется, Риччи, у вас что-то с мозгами. На память не жалуетесь?

— Инструкцию я помню хорошо, — твердо ответил Риччи, — но поймите, Сэндерс, исход операции мне небезразличен. Вы же знаете, что нас ждет в случае провала.

— А, так вас беспокоит ваша собственная шкура! Что ж, это вполне естественно для такого типа, как вы. А я бы все-таки обратил ваше внимание на память. Представляете, Миллер, — Сэндерс повернулся к таксисту, — наш дражайший синьор Риччи совершенно не помнит, как зовут его собственную дочь! — Он снова уставился на итальянца. — Так как же, Риччи, — Ева или все-таки Джоанна?

Риччи издал гортанный звук, похожий на рычание. Рука его скользнула в карман.

— Стоять! — рявкнул Сэндерс. В руке он сжимал пистолет. — Еще одно движение, и я разнесу твою башку на куски! Мерзавец!..

Риччи затравленно взирал на босса. Его маленькие, как у хорька, глазки злобно сверкали на смуглом лице. Южный темперамент готов был выплеснуться наружу, но усилием воли он сдержал себя. Рука его вернулась в прежнее положение.

— Так-то оно лучше, Риччи, — сухо произнес Сэндерс, пряча пистолет. — И нечего таращить на меня глаза — я знаю о вас все. А теперь проваливайте — оба! — Приказ относился к Риччи и Левьену. — И чтоб носа не показывали из своего номера! Ясно? У меня еще много дел, и на вас тратить свое драгоценное время я не намерен.

Двойники вышли: один — полностью укрощенный, другой — затаившийся, но не смирившийся.

— Побудьте здесь, Миллер, — обратился Сэндерс к таксисту, когда они остались вдвоем, — мне еще нужно провернуть одно дельце. Я скоро вернусь. И приглядывайте за этими двумя — они сейчас способны на все.

Миллер кивнул, готовый исполнить любую волю босса. Урок, преподанный его коллегам, пошел на пользу и ему самому.

Сэндерс спустился в бар, заказал виски с содовой и уселся за свободный столик. Минут десять спустя к нему присоединился бельгийский коммерсант, месье Отон — полный мужчина с респектабельной внешностью и окладистой бородой, — и тут же уткнулся в газету.

— Привет, Джил, — прозвучал его приглушенный голос.

— Привет, Клод, — так же тихо отозвался Сэндерс.

«Месье Отон», или Клод Реналь, продолжал листать газету, а Сэндерс безучастно уставился в свой стакан. Едва заметно шевелились лишь губы.

— Как дела? — спросил Реналь.

— Пока похвастаться нечем. Устроил разнос этим болванам. Кажется, проняло.

— Не лезь на рожон, Джил. Есть что-нибудь новое?

— Очень немногое. Как мы и думали, операцией руководит некий майор Гросс, предположительно из службы безопасности.