— Вообще, я сегодня отпросилась у родителей, сказав, что буду ночевать у Карэн… — смущаясь, тихо проговорила Алиса, стукая указательные пальчики друг об друга и смотря в пол.

— А у меня новое убежище всё ещё в процессе создания, — следом за ней сказала Элизабет. — Прошлое, к сожалению, себя уже изжило.

— Короче говоря… вы обе остаётесь? — спросил я, глядя на них.

И в ответ они обе лишь кивнули.

Вот так вот мой покой был разрушен, так и не наступив.

Впрочем, так стоило бы говорить, будь вместе с ними Карэн, от которой точно было бы крайне много шума. А так, пускай я и не смог побыть в одиночестве, как того и планировал, но они обе были не то чтобы особо шумными: Элизабет практически всё время сидела в гостиной за своим ноутбуком, то что-то на нём читая, то — быстро печатая: а Алиса же, по большей части, ненавязчиво крутилась всё время вокруг меня, молча требуя к себе внимание, подобно какой-то кошке.

Однако даже так мне всё равно было несколько непривычно — всё-таки, как правило, в этом доме я большую часть времени был один. А если ещё кто-то и был, то это либо друзья со средней школы, либо случайные девушки, что после соития надолго тут не оставались — да и внимания с лаской не требовали, прекрасно осознавая, чем именно было произошедшее ранее между нами.

А сейчас же, буквально за какой-то миг для меня, мой пустой дом неожиданно наполнился аж сразу двумя девушками, с которыми у меня очень непростые отношения…

— Кстати говоря, а ты чего не переоденешься? — спросил я, глядя, как лежащая рядом со мной на кровати Алиса, что-то листая в телефоне, в очередной раз пыталась лечь поудобнее, что у неё никак не выходило из-за надетого на ней платья. — У тебя же наверняка тут есть ещё какая-то, более удобная одежда. Даже у Элизабет такая нашлась.

— Ну… дело не в том, что у меня нет тут более удобной одежды… — подозрительно замявшись и отведя взгляд, ответила она.

Немного подумав, примерно прикинув, к чему это, я сказал:

— А, ну тогда ладно.

— Эй! — сразу же протестующе вскрикнула она, положив телефон рядом с собой, поднявшись и посмотрев на меня. — Если уж начал, то доводи дело до конца!

— Совершенно не понимаю, о чём ты… — максимально наигранно состроил я дурочка, разведя руками в стороны.

— И ты туда же! Как Элизабет?!

Усмехнувшись, в очередной за сегодня раз видя её рассерженной, я, отмахиваясь, наконец сказал:

— Ладно-ладно. Так в чём же дело? У меня есть лишь одно предположение, почему ты не переодеваешься.

Успокоившись, немного покраснев и отвернувшись от меня, она тихо спросила:

— Оно пошлое?..

— Да.

— Тогда, думаю, ты прав… — ещё тише сказала она, сложив руки вместе.

— А если нет? — спросил я, отложив телефон в сторону и сев рядом с ней, прямо за её спиной.

— Всё равно делай… Я не рассержусь в любом случае… Наверное…

Почему-то последнее «наверное» прозвучало слишком уж неуверенно. Неужели она считает, что я могу вытворить что-то столь извращённое, о чём она даже не могла помыслить ранее?

И с этими мыслями, я положил руки на её нежные, оголённые, маленькие плечи, отчего она даже слегка резко вздрогнула, хотя мы ранее уже не раз делали нечто похожее и даже куда более «смелое».

— Может, всё-таки скажешь, что ты хотела, чтобы я сделал?

— Т-ты и так всё, кажется, прекрасно понял. А сейчас просто хочешь, чтобы я нечто столь постыдное произнесла вслух…

— Может быть и так. А может и нет, — заводил я нежно руками по её плечами. — Так что, скажешь?

— Не-е… агхм!.. — недоговорив, сексуально простонала она, стоило мне коснутся её шеи губами.

Вообще, у многих девушек шея — это эрогенная зона. Но у Алисы, как я заметил, она является особо чувствительной. Может быть, даже чувствительнее, чем соски.

А потому я не останавливался, продолжая нежно целовать её в шею, неторопливо переходя с одного места на другое, пока она с каждым мгновение стонала всё громче, пока её тело понемногу ослабевало, буквально опадая на меня.

— Скажешь? — прервавшись, спросил я.

— Н-не хочу… — явно уже возбудившись и тяжело дыша, произнесла она, пока её грудь сексуально вздымалась.

— Зато я очень сильно хочу это услышать.

— Кх… ну… я хотела, чтобы ты сам снял платье с меня… Вот… как-то так… Кхм-м-м!.. — протянула она, когда я вновь прильнул губами к её шее.

И в отличии от прошлого раза, не разрывая поцелуй, мои руки начали расходиться за пределы её плеч — сначала проводя по её нежным, худеньким ручкам, а после спустившись и ухватившись за выразительную, так и манящую талию, отчего она вновь вздрогнула, слегка выгнувшись.

Поводив немного по её талии, руки оказались на её плоском животике, небольшие мышцы пресса которого чувствовались даже сквозь платье. И надолго не задержавшись на животике, руки медленно разошлись в две разные стороны: одна поднялась вверх, ухватившись за упругую грудь и нащупав слегка торчащий от возбуждения сосочек; а другая рука в этот момент опустилась вниз, вскоре оказавшись под подолом платья, где, несколько пощупав сочные бёдра, поползла дальше, в конечном счёте наткнувшись на тонкие, уже полностью промокшие к этому моменту трусики, под которыми отчётливо прощупывались её так словно и манящая меня киска.