Интересно получается. Дворянские хитросплетения во всей красе. Жаров акционер Династии и если даже не союзник Грозиных, то всё равно сторонник. Или, хотя бы, поддерживает нейтралитет. В то время как Череповы наши злейшие враги.

— Сестра князя Жарова изгой? — уточняю я.

— Всё верно, как и Сергей Черепов. Я не знаю, в чём там было дело, но их обоих изгнали из своих родов, после чего сослали в Европу. Это было лет пятнадцать назад, они только недавно вернулись в Россию.

Я откидываюсь на стуле, задумчиво теребя завязанный мамой галстук. Сложный узел здесь завязан, и я не про галстук.

Выходит, что Старцев, атакуя меня, может действовать одновременно в интересах Жарова, который не хочет отдавать мою долю Династии, и в интересах Череповых, что хотят отомстить мне за потерю Золотого льва. Ведь раз редактор упоминал Сергея, то этот изгой всё же связан с делами рода. Возможно, он курирует как раз «грязные» направления, типа информационных помоек.

— Вижу, что слегка запутал вас, Александр, — улыбается Серебряков.

— Нет, наоборот. Вы открыли мне глаза на некоторые вещи. Информация действительно ценная, Филипп Романович.

— Я же говорил, называйте просто Филипп. Не хочу вас оскорбить, но надеюсь, вы понимаете, что информация не только ценная, но и опасная. Происхождение Старцева — это тайна, которую князь Жаров не хочет раскрывать.

— Само собой. Поэтому я вдвойне вам благодарен.

У меня в кармане вибрирует телефон. Бросаю взгляд на экран — это Виктор.

— Простите, ваше благородие. Я должен ответить.

— Конечно, Александр, — барон Серебряков тактично встаёт и направляется в туалет.

Я беру трубку:

— Слушаю.

— Эглитис пришёл в движение, — сразу переходит к делу Виктор. — Я послал ребят следить за ними, они докладывают, что наёмники покинули базу.

— Куда отправились?

— В баню. Только не думай, что я шучу, но это плохо. У них традиция, посещать баню перед тем, как отправиться на боевое задание.

— Понял. А гвардия Старцева?

— Трудно сказать. У них нет базы, а место сбора может быть где угодно. Мы не знаем, что они делают. Зато заметили каких-то придурков, что следили за нашей базой. Попытались задержать, но те сразу свалили.

— Есть мысли по поводу того, что делать? — спрашиваю я.

— Есть. Предлагаю перевезти наших хакеров в офис Цитаты. Никто не станет его атаковать, потому что по факту это не твоя компания.

— Ну да. Я по сути наёмный работник, хоть и стою во главе. А если Старцев нападёт на Цитату, это будет означать объявление войны всем её акционерам. Хорошая идея, выполняйте.

— Принято, сделаем. В остальном пока что тихо, но мы держим руку на пульсе.

— Хорошо, — говорю я. — Если что, звони.

Убираю телефон и делаю глоток уже почти остывшего кофе. Через пару минут возвращается Филипп и садится рядом со мной.

— Так вот, Александр. К чему я вообще всё это вёл. Старцев крайне опасен потому, что за ним стоит как минимум один княжеский род. А вы, хоть и носите фамилию Грозин, вряд ли можете рассчитывать на помощь рода, не так ли?

— Что вы хотите предложить? — напрямую спрашиваю я.

— Кажется, Надежда вам уже говорила. Я готов принять вас с матерью в свой род, — говорит Серебряков.

— Это серьёзный шаг, ваше благородие. Простите, но я не верю, что вы готовы на подобное только потому, что я замотивировал вашу дочь похудеть.

Филипп улыбается, отпивает свой сладкий латте и говорит:

— Конечно, вы правы. Я хочу предложить нам стать семьёй. Понимаете ли, я вдовец. Мать Надежды умерла два года назад. А вы — отличный юноша, которому я с радостью доверил бы свою дочь. Понимаете?

Ничего себе. На такое я не рассчитывал. Точнее, я думал, что барон Серебряков хочет сосватать мне Надю, но он пошёл гораздо дальше. Приходится приложить усилия, чтобы остаться спокойным.

— Вы хотите жениться на моей матери, и выдать за меня Надю? — уточняю я.

— Всё верно, Александр. Вы получите поддержку моего рода и станете моим наследником. Я понимаю, что мои активы — это не Династия. Но мой бизнес крепко стоит на ногах, есть недвижимость, ценные бумаги, поместье, в конце концов…

— Простите, — перебиваю я. — Вынужден отказать. Я очень благодарен за такое предложение, но я не собираюсь менять фамилию и становиться членом другого рода. Меня вполне устраивает быть Грозиным.