Я лишь пожала плечами. Я вообще ничего не смыслю в этой самой магии. У меня она только сегодня проявилась, поэтому с этим вопросом я дяде не помощник. Я даже книги-то про магию не любила читать. А может, и надо было?

– Алина, – обратился ко мне дядя. – Пришло время вернуться в наш родной дом, который я был вынужден покинуть, чтобы вырастить тебя вдали от всей этой магии. Не смог сдержать просьбу твоего отца, но поделать я ничего теперь не смогу. Так что, ты готова?

Я кивнула, было страшно, но и сидеть сложа руки я не собиралась. Я должна отыскать тех, кто убил моих родителей, и заодно тех, кто похищает невинных девочек лишь потому, что они, возможно, были похожи на меня.

Собрала вещи в сумку и сунула туда же свою книгу, хотела открыть, но дядя остановил.

– Не спеши, Алина. Раньше ты не обладала магией, и для тебя это была просто книга с непонятным языком, сейчас же ты обрела магию, и у тебя проявилась способность читать этот язык, но ты ещё не готова к этому. Просто потерпи.

Я кивнула, соглашаясь с дядей, отложила книгу.

– Дядя, а скажи, о магах известно всему миру? Почему в интернете нет ничего такого о вас? Лишь какие-то непонятные статьи проскакивали, но я их обычно игнорировала.

– Нет, Алина, о нас общественность не знает. Это закон, который не должен нарушаться никем. У неодарённых есть только эмоции, как и у нас, но только мы умеем преобразовывать их в магию. Поэтому-то и неодарённые не должны о нас знать, чтобы сохранить стабильность и равновесие в обществе, защищая магию от излишнего внимания и злоупотребления.

– Ну да, неодарённые могут ей злоупотреблять… Как они могут ей злоупотреблять, если не обладают ей? Это вон фанатики злоупотребляют!

– Ты, Алина, права, но всё же с неодарёнными действует принцип разделённости, то есть кто-то обладает, а кто-то нет. Будут всегда недовольные, и чтобы этого избежать, и приняли закон о неразглашении информации о магии. Он действует и защищает как нас, так и их уже много столетий.

Я предполагала, что наш путь будет долгим. Живём же мы почти в лесу. В самом конце посёлка, который находился далеко от города. Нет, дом был со всеми удобствами, но всё же в глуши. Именно поэтому я и думала, что к нам поэтому не приезжали ни одна из бабушек и дедушек, но тут, оказывается, дело в другом… Они были против союза мамы и папы и, возможно, не хотят и меня видеть? Помотала головой.

Нужно сделать перекусы.

Глянула на часы, как раз скоро автобус приедет, и хотела уже побежать сделать хотя бы бутербродов, но дядя меня остановил и сказал, что это не нужно и еда нам не понадобится. Я нахмурилась, но всё же оставила затею с бутербродами.

За домом присмотрит тётя Лея, которая жила недалеко от нашего дома, она не только готовила для нас с дядей, но и помогала с уборкой. Я любила, когда она приходила. Хоть с кем-то можно было поговорить. Телефон тоже пришлось оставить. Я без зазрения совести его выключила и, вытащив симку, разломила её пополам. Друзей у меня не было, поэтому он мне и не нужен. Это была инициатива дяди в его покупке, чтобы я была на связи, когда тот уезжал на работу. А уезжал он даже ночью. Странная была работа, но, оказывается, не только странная, но и магическая. Я всегда не понимала, как он, не имея машины, мог ездить на работу? Автобусы, как я смотрела по расписанию в интернете, в этот посёлок заезжали два раза в день, и то только утром и вечером. Поэтому как он добирался до работы для меня было всегда загадкой.

Вышли в центр участка. Дядя улыбнулся мне, видя моё непонимание, и, подняв руку, очертил пространство. В воздухе начал проявляться круг, а потом он щёлкнул пальцами, и этот самый круг отлетел от него на метр и, приземлившись на землю, раздулся, и теперь перед нами пульсировал… портал? Я лишь раскрыла рот от удивления. Дядя взял меня за руку, и я спросила давно мучивший меня вопрос:

– Значит, вот как ты добирался до работы? – указала на этот круг. Дядя кивнул в ответ и потянул меня за собой. Я шагнула вслед за дядей и, не удержавшись, зажмурила глаза. Никогда не видела эти самые порталы и, конечно же, не входила в них. Моё тело будто что-то сдавило, походило на погружение в воду. Я даже дыхание задержала.

– Всё, Алина, можешь открыть глаза, мы на месте, – прозвучал голос дяди, и я, тяжело выдохнув, открыла сначала один глаз, потом другой.

Передо мной предстала картина… странная. Я, если честно, представляла себе наше родовое место ну там замок как-нибудь, а тут обычный особняк. Ну, то есть для меня-то он необычный, я таких вживую и не видела, только на картинках в интернете.

Всё-таки я себе представляла по-другому место магически одарённых людей. И…

– Что, удивлена?

– А? – повернулась к нему и кивнула. – Я ждала увидеть замок…

– Нет, Алина, замки мы уже давно не используем. Непрактичные и слишком огромны. Современные дома куда более удобны в этом плане.

– А сколько тебе лет? – спросила я, это, конечно, глупый, но важный для меня вопрос.

Что значит «мы не используем уже замки, современные дома более практичны»? Будто он уже жил сам в замках там когда-то. Дядя рассмеялся.

– Мне нравится твой настрой. Мне сорок лет, я не древний. Я лишь знаю историю своего рода, не более. Живём мы хоть и побольше обычных людей, но всё же более ста пятидесяти лет никто не жил.