— Прошу извинить, Софи, но утром будет несколько деловых встреч, и я продумываю ходы.

— Ах, вот в чем дело! — Софи подняла на него кроткие глаза, а потом с улыбкой заговорщицки подмигнула Миранде:

— Мой Дэниел всегда погружен в свои дела. «Я тоже, наверное, должна улыбнуться, — подумала Миранда. — Погружен в свои дела… Как бы не так! То, что он обдумывает — на лице написано. На уме у него плохое… Даже в глаза смотреть не нужно — посадка головы, разворот плечей, отсутствие мягкости в движении рук — все так и полыхает ненавистью ко мне. Вскочить бы сейчас, да крикнуть, что я тоже на пределе, пусть немедленно отправляет ближайшим рейсом в Амстердам…»

Софи, пребывая в счастливом неведении, не замечает тучи, зашедшей над семейным очагом, с каждой минутой воодушевляясь, рассказывая о Париже. Миранде чудом удавалось в нужный момент вставлять реплики, улыбаться, радуя этим Софи.

— ..в тридцатые годы в обществе витал дух свободы, независимости, смелости в действиях и суждениях. Вы понимаете, что я хочу сказать, дорогая?

— Она понимает, тетя, — голос Дэниела звучал мягко и любезно. — Все, что не связано с условностями, ей хорошо известно. Правда, Миранда?

— Да. Конечно. («Нужно улыбаться! Он не должен понять, что я сбита с толку».) — К твоему сведению, Софи, Миранда очень независимая особа. Передовая, я бы сказал.

— Ну-ну, Дэниел. — Софи почувствовала неладное. — Я не это…

— Жаль, что ты не посетила ее в Амстердаме. Что она, что ее друзья — чистый авангард!

— Дэниел, — забеспокоилась Софи. — Ты же любишь рыбу! Почему не ешь?

— Я не считаю, что мы, я и мои друзья, что-то делаем не правильно, тем более, если говорить о нашем образе жизни, — Миранда набирала обороты.

— Ты бы, Софи, просто пришла в восторг от ее необычайной предприимчивости и изобретательности, особенно в поисках дополнительного заработка, — последовал колющий выпад Дэниела.

— Все было очень вкусно. Благодарю вас. — Миранда не желала вести бой на рапирах. — Если вы не возражаете, Софи, я пойду к себе.

— Все хорошо, дорогая? — Софи взглянула на Дэниела. — Действительно, день был такой длинный и утомительный. Я надеялась, что приятный ужин снимет усталость после долгой дороги.

— Все прекрасно. Просто великолепно. Но я немного устала. Вы не сердитесь?

— За что же мне на вас сердиться? — Софи взяла колокольчик. — Сейчас позову Полетт, и…

— Нет-нет! Не нужно. Я все сделаю сама.

— Но Полетт поможет вам, дорогая. Я буду спокойнее себя чувствовать. Это входит в ее обязанности!

— Не волнуйтесь, тетя! Я сам провожу ее и все покажу. — Дэниел знал, что правила хорошего тона обязывают хозяйку оказать гостье ненавязчивое внимание.

— Совсем необязательно, — быстро сказала Миранда, увидев, что он поднялся и бросил на стол салфетку. — Я не заблужусь, уверяю вас.

— Учитывая ваш прошлый опыт, ни минуты в этом не сомневаюсь. Но теперь, являясь вашим работодателем, я обязан это сделать.

— Но, Дэниел, — нахмурилась Софи. — Нет необходимости…

— Необходимость есть, — и Дэниел посмотрел на Миранду, похорошевшую от яркого румянца. — Мисс Стюарт привыкла делать только то, что ей нравится, причем всегда, когда вздумается. А я лишь хочу напомнить, что она обязана научиться считаться с моим мнением.

— Дэниел, ради всего святого…

— Ваш племянник прав, — Миранда выдавила вымученную улыбку. — Я так долго жила самостоятельно, что, вероятно, следует напомнить мне о правилах поведения. — Она провела ладонью по плечу Софи, успокаивая не на шутку разволновавшуюся женщину. — Спокойной ночи, Софи.

Вышла из столовой, стараясь держаться прямо и независимо.

— Послушайте, мистер Торп, — повернулась она к нему, подойдя к лестнице. — Если вы думаете, что я вам позволю оскорблять себя…

— Я тебя не оскорбляю, а называю вещи своими именами. Если ты работаешь у меня, будешь делать то, что я считаю нужным.

— Я работаю не у вас, а у вашей тети, — вскинула голову Миранда.

— А я плачу тебе жалованье!

— Жалованье платить необходимо в любом случае, неважно кто это делает. Но приказов я не потерплю.

— Я это делаю. Я… — он тряхнул ее за плечи. — И приказывать буду я. А ты будешь подчиняться.

Кажется, таковы условия нашего договора. Забыла?

— Все помню. Но вы говорили, что у меня будет свободное время.

— Что-то я такого не припомню, — он самодовольно ухмыльнулся.

— А я не припоминаю, чтобы мы с вами заключали какой-либо договор. Зато отлично помню, каким образом вы заставили меня принять ваше предложение.

— Заставил? Разве?

— Именно так! Я здесь только потому, что вы угрожали моим друзьям. Я уверена, вы ни перед чем не остановитесь, чтобы удовлетворить ваши…