— Эй, ты можешь меня не дёргать?

— Переместись ближе. Ты же видишь, что цепи не хватает, чтобы ты могла восседать на диване. И я, кстати, тебе не разрешал садиться.

— Что, заставишь стоять всё это время? У меня же ноги устанут. — уткнула ноги в пол, пытаясь противостоять вампиру, но выходило плохо.

— Ты вампир, не устанешь. — холодно проговорил он, но я прекрасно видела, как он пытался скрыть чёртиков, что мелькали в его глазах. Смешно ему и абсолютно плевать, что мне неудобно.

— Ты серьёзно? — уставилась на него, не веря в то, что только что услышала. То есть он заставит меня стоять всё это время?!

Взглянула на его руку. Она тянулась ко мне и, видимо, вампиру надоело её держать на весу, отчего он потянул её на себя.

Подхваченная силой, которой я не могла сопротивляться, подлетела к нему ближе. Но я не подходила близко, ведь тело начинало дрожать.

Недовольно скрестив руки на груди, встала у стенки и ближе к шкафу.

— Подойди ближе, я не могу дотянуться до документов. — холодно проговорил он и натянул цепь сильнее. Мне пришлось подчиниться, и вскоре я приблизилась к нему настолько близко, что стало некомфортно. Чёрт…

Ноги подкосились, я упала на пол и… и решила больше не вставать. Конечности всё равно не держат, и вампиру теперь удобно заниматься своей работой.

Скрестила руки на груди и недовольно зыркнула на него, и тут наши взгляды встретились. Ух, вот же гад!

— Я тебе поражаюсь. Таких низших, как ты я впервые в жизни вижу.

— Это каких таких? — скривилась я.

— Не боящихся высших, кривляющихся и дерзящих им, как ты сейчас.

— Хе… — отвернулась и решила ничего на это не отвечать. Знал бы он, что я была высшей в прошлом. Но он не знает, и я ему не расскажу. Зачем? К тому же это звучит нелогично. Высший и стал низшим… странно.

— И много времени я буду проводить с тобой? Я хочу домой. Меня ждут родственники.

— До тех пор, пока ты не решишься принести клятву.

— Я не буду приносить ни тебе клятву, ни на крови.

— А если другому королю? — спокойно спросил он, ни капли не обидевшись.

— И другому не хочу. У меня свой царь в голове, и он никому подчиняться не будет.

— Ха-ха-ха, это я уже понял. — рассмеялся Арам и вновь принялся за документы.

На этом разговор был закончен. Около десяти минут я стояла в прежнем положении, скрестив ноги и смотря на дверь, и вскоре тело затекло. Хотелось сесть, а лучше всего лечь. План сформировался мгновенно. Делать мне было нечего, а полежать очень сильно хотелось.

Тень расползлась по полу. Засунув в неё руку, создала себе покрывала, подушки и сбросила всё это добро на пол. Встав на ноги, начала укладывать вещи и вскоре легла. Всё. Теперь можно жить.

Но спустя ещё минут десять мне и это надоело, и я потянулась вновь в тень. Достав бумагу с карандашом, принялась рисовать и увлеклась. Душа требовала искусства, поэтому вытащив ещё и холст с красками и кистями, принялась рисовать природу.

Не заметила, как сама собой нарисовалась заснеженная пустошь с двумя замками, только над одним светилась сфера.

Похвалив саму себя за совершенную картину, поставила её у стены и начала любоваться. Казалось, от неё веяло холодом и снегом. Шёпот из прошлого прошёлся по воздуху, и грудь захватило чувство ностальгии. А ведь я жила там когда-то…

— А ты хорошо рисуешь. — раздался голос в пространстве. Поёжилась и обернулась. Арам смотрел на картину не отрываясь.

— Спасибо. — холодно ответила. А я забыла о нём. Правду говорят, если постоянно чего-то опасаться, можно это пропустить мимо носа. Сама не заметила, как тело перестало дрожать. Кажется, гены наконец-то начали работать. Ну или мой уровень начал вновь повышаться. Узнать бы только, как это всё работает.

— И сколько времени ты училась рисовать?

— Нисколько. Я умела это с рождения. — проговорила я и начала вспоминать. Я рисовала, когда была ещё Ларой. Именно тогда я научилась этому умению.

— Могу я повесить её в замке?

— Зачем? Это моя картина, я её у себя оставлю.

— Тогда… могу я её купить? — ошарашил он меня. Чего он привязался к моему творению? Настолько понравилось? Мне, конечно, Ари говорил комплименты касаемо моих работ, да и в конкурсах они побеждали. Многие миллионеры покупали мои картины и вешали в своих домах, но ни один из них не смотрел на мои работы так, как Арам.

— Настолько понравилась? — повернулась к нему, но он ничего не ответил. — Ладно, так уж и быть. Я продам её тебе. Хочу сундук золота. — раз уж продавать, то по самой высокой цене.

— Хе-хе-хе… А ты торгашка ещё та. Десять золотых и не больше.

— Десять золотых — слишком мало. Я хочу минимум половину сундука с золотом.

— Хмм. Ладно, как скажешь. — улыбнулся он и зазвонил в колокольчик. Раздался хрустальный чистый звон, и через минут пять к нам в комнату зашёл человек — мужчина сорока лет с седыми прядями волос и с моноклем, одетый в строгий чёрный современный костюм.