Маринкины глаза сделались круглыми от удивления. Она чуть не выронила миску с ягодами картофеля. Быстро выбравшись с клумбы, девушка поспешила в мой кабинет. Там мы отошли к окну, и я вкратце пересказал ей нашу беседу с помощницей, ту часть, которая касалась её перемещения сюда.

– Ни фигасе! И ты не захотел сейчас же попробовать? Перенестись в наше прошлое-будущее? – глаза Маринки возбуждённо горели.

– А где уверенность, что мы попадём в своё будущее и в своё тело? Нет даже уверенности, что мы попадём просто в нормальное тело, а не какого-нибудь умирающего старикана в момент комы. Знаешь, я боюсь рисковать. Тем более нет никакой гарантии, что мы с тобой встретимся ещё раз... Там... А второй раз разлуки мне не пережить, – я опустил голову.

Ну да, чуток пригустил краски, каюсь... Хотя почти честно всё сказал: разлука с Маришкой меня пугает. А вот насчёт того, переживу я её ещё раз или... тут подумать надо. Ведь как-то же я начал устраивать свою судьбу здесь, пока ещё даже и не подозревал о том, что наша с ней встреча в скором времени состоится. Значит, очень даже переживу и в другой раз.

Только знать об этом девочке вовсе необязательно. Но вот она, кажется, повелась натурально! Глазки загорелись, щёчки порозовели... Я, кажется, в самом деле становлюсь ловеласом!

– Правда? – Маринка взяла моё лицо в свои ладони, подняла его, встала на цыпочки и... почти коснулась губами губ, но быстро отпрянула, словно пичуга, которую ты хочешь поймать.

– Правда. И ещё я боюсь... приезда Нини. Знаешь, у меня такое двоякое чувство: с одной стороны в душе живёт такое тёплое, несколько горчащее отчаянием чувство, и мне очень-очень жаль её, ведь я знаю, что она не сможет иметь детей, будет болеть и в конце концов умрёт. Я благодарен как будто бы ей за что-то – наверное, эти чувства у меня возникают из подсознания того, настоящего графа Орлова. Наверное, она на самом деле очень хорошая. Но и любить её так же, как тебя, я не смогу. Поэтому мне очень стыдно перед ней. Ты меня понимаешь?

Маринка задумалась.

– Наверное, понимаю. Ну и что, в таком случае, ты предлагаешь? – она снова начала злиться. – Пожалеть бедную Нини и... броситься дарить ей счастливые ночи любви? А, нет! Развод и девичья фамилия! Только сейчас этот вариант не прокатывает: ты забыл, на дворе не двадцать первый век, когда разводы вполне так себе законны. Так что ты предлагаешь-то?

Даже не подозревал, насколько эмоциональная может быть моя такая вечно рассудительная подружка. Вот это выплеск – настоящая буря! Я положил ей руку на плечо, успокаивая.

– Не я, Глафира предлагает. Она помнит место, где, по её мнению, располагается портал. И она предлагает отвести туда Нини, погулять с ней. А в тот момент, когда графиня попадёт на основную точку силы, по её мнению, Анна Ивановна попадёт в наш мир или во времена Глафиры. Жаль, проверить мы этого не сможем. Но в таком случае у Нини появится шанс стать здоровой и прожить долгую жизнь.

Наш план мне уже не казался столь уж безупречным. С каждой минутой Нини мне становилось всё жальче и жальче... И тут Марина вдруг бросилась ко мне и впилась своими губами в мои! От неожиданности я плюхнулся на кровать, Марина оказалась сверху... Через четверть часа я уже не мог хвастать своей целомудренностью... Впрочем, как и Маринка.

***

Через два дня после нашей первой близости с Маришей приехала моя супруга, Анна Ивановна. Была она полной противоположностью Марины: бледная кожа, светлые волосы, голубые глаза. Она была высоковата, всего чуточку ниже меня, поэтому её худоба ещё сильнее бросалась в глаза.

Выйдя из кареты, Нини мягко улыбнулась, протянув мне обе руки. Я подошёл, нежно взял их в свои ладони и прикоснулся губами к коже запястья в разрезе перчатки. В это мгновение Нини наклонилась и чмокнула меня в волосы. Слава Богу, изображать бурную радость от встречи мне не пришлось.

Я подставил Аннушке согнутую в локте руку, она оперлась на неё, и мы прошествовали в столовую.

– Ты устала, дорогая? Хочешь с дороги чего-нибудь выпить или сразу поднимешься принять ванну? – спросил я супругу.

– Гришенька, свет мой, а ведь я тебе подарок привезла, – Нини лукаво погрозила мне пальчиком. – Помню-помню твою любовь... – я похолодел... Что имеет в виду эта женщина? Про какую любовь она тут завела речь??? – Я привезла с собой... (хлопок в ладошки) прекрасный кофей! Прикажи повару тотчас же заварить. Ты будешь удивлён – такого изумительного вкуса здесь наверняка нет!

– Не шути, дорогая! Здесь никакого кофея нет: ни плохого, ни хорошего. Только чай из липового цвета, листьев малины или смородины. Это же тебе не Санкт-Петербург и даже не Москва. Кстати, Нини! А тебе с твоим здоровьем я не советовал бы злоупотреблять кофеем, – я изо всех сил строил из себя заботливого мужа.

Хотя, это было совсем нетрудно. Это вот как играть в паре с талантливым актёром: можешь быть прям вот самым настоящим деревянным истуканом, но талантище легко тебя вытянет – сам не заметишь, а ты уже так органично вжился в роль, как будто бы родился уже в этой шкуре.