Вот это номер! Надо мчаться туда побыстрее: ведь гребаный суслик будет рад такому сюрпризу. В такой ситуации меня только одно утешает: грызун нажрется сладкого и, возможно, лопнет!

— Гришаня, жми на газ! — бросил я, плюхаясь в машину.

— Что, тортиков приспичило? Может, лучше мяса где перекусим? Твоим тортам ничего не станется, не испортятся, — ухмыльнулся он, заводя мотор.

— Потом объясню, в чем дело, — отмахнулся я, поудобнее устраиваясь на переднем сиденье.

Но вот незадача! У машины рессоры сразу приказали долго жить, и она вдруг рухнула на землю.

Вот это попадос, задержимся теперь. Что ж, суслику сегодня явно повезёт!

— П*****! — Гриша удивленно повернул ко мне голову. — Добрыня, ты что, давно в баню не ходил? Сколько ты вообще весишь? У тебя, поди, один бицепс под сотню кило тянет!

Я лишь виновато улыбнулся, а он пробормотал что-то про то, что в следующий раз придётся меня на грузовике возить.

— В следующий раз, понятно, тачку помощнее брать надо. Я ж мышцы качаю, дружище, и останавливаться не собираюсь. Но сейчас-то что делать будем?

— Не суетись, решим вопрос, — с важным видом Гришаня достал из пиджака мобильник. Потыкав по экрану, он быстро договорился с кем-то, чтобы нам подогнали другой транспорт. Эх, неизвестно, на сколько мы тут застряли…

Тортики мои родимые, только дождитесь меня! Если этот суслик всё слопает, придётся его на фарш пустить.

Позже

В общаге

— Маша, хочешь пончик? — Вика протянула подруге коробку, будто это был сундук с пиратским золотом и парой скелетов в придачу.

— Лучше шесть! — сестра Добрыни закинула свои косички за плечи, а затем жадно впилась в угощение.

У неё всегда так: стоит стрессу подкрасться, как она превращается в пылесос для сладостей. Пончики для неё — личные антидепрессанты без рецепта и побочных эффектов. А тут ещё и опасность над семьёй нависла, словно чёрный ворон.

Она даже подумала: дед-то был прав, когда ворчал, что гвардию распускать не стоит. Наверное, прекрасно знал, чего ожидать его потомкам.

Жуя пончик, она волновалась не только за родных, но и тряслась из-за брата. Он сегодня ни на одном занятии не появился, и все её звонки игнорировал. Братец обычно так не делал, и хоть раз да отвечал, особенно когда дело касалось бесплатной еды.

Теперь Добрынина строила самые мрачные догадки, и даже не замечала вкуса пончиков.

— Маш, думаешь, с ним что-то серьёзное стряслось? — Вика ускорилась, догоняя подругу.

— Ну, не знаю, может, и нет… — Мелкая пожала плечами, словно стараясь успокоить и Вику, и себя. — Его не так-то просто застать врасплох. Но он не такой сильный, как я.

— Не понимаю, — Виктория покачала головой, — почему ты всё время считаешь его слабым?

Мелкая чуть не подавилась, но всё же умудрилась затолкать последний пончик за щеку.

— В смысле? — с набитым ртом она глянула на подругу. — Так я его с самого детства знаю. Он сильный физически, но характер у него не боевой.

Дальше она рассказала подруге, что Добрыня в детстве никогда за себя не заступался, когда кто-то разговаривал с ним неподобающим тоном. Всегда сохранял спокойствие и избегал конфликтов. Да что уж там: мог даже извиниться перед кем-то, пусть и был прав, лишь бы не ввязываться в перепалки.

— Вот мне и приходилось всё за него разруливать и справедливость восстанавливать, Вика. Так что не зря я всё время беспокоюсь, — Мария тяжко вздохнула и постучала в дверь его комнаты.

Слышу громкий стук в дверь. Да кто там, чёрт побери, ломится? Мне такие сны снились, что хочется обратно в кровать и запереться изнутри!

В царстве Морфея передо мной расхаживала обнажённая дама с потрясающими формами. С формами для выпечки, если быть точным. Держала их на подносе, а аромат свежих пирожных был настолько божественным, что слюнки текли, как у голодного волка из мультика. Мой личный рай, но, как всегда, судьба решила иначе.

Деваться некуда, пришлось продрать глаза и открыть дверь. И вовремя: сеструха уже стояла в боевой стойке, будто сейчас вынесет дверь вместе с косяком.

— Братец, ты чего меня пугаешь? Где ты пропадал, чёрт возьми? Я же переживаю за тебя! — заорала мелкая так, что наверное даже соседи услышали.

Думай, Добрыня, думай! Что ей сказать? С утра мозги вообще не работают.

— Маш, извини, но я слегка приболел: горло болело и температура была, — выдавливаю из себя с самым жалобным видом.

— Чего врёшь-то, а? — фыркнула мелкая, угрожающе наступая на меня. — Ты никогда не болеешь с твоим-то стальным здоровьем!

— Ладно-ладно, я просто проспал, — признаюсь, понимая, что первая отмазка провалилась с треском.