— Того я лично отправлю на экскурсию к праотцам, — закончила Маша с улыбкой.

— О да, кто бы сомневался, ведь ты у нас специалист по мирным переговорам, — поддел я сестру и предложил девушкам ещё по чашечке кофе.

Девчонки, в итоге, еще немного поболтали, и затем я проводил Машу обратно в госпиталь. После чего сгонял на несколько скучных пар, вместе с Викой, но мыслями был, как всегда, не на них.

Я думал о предстоящей поездке: нужно всё же наведаться домой и серьезно поговорить с отцом…

Возле имения Радугиных

— Что там сетевики говорят? — сердитый мужчина поднялся из-за кустов, отряхивая с пиджака прилипшие листья.

В руках он держал пустой прозрачный пакет для улик; такой же пустой, как его надежды найти что-то полезное на этом месте. После двух часов бесплодных поисков он начал подозревать, что единственное преступление здесь — это кража его собственного времени.

— Ничего нет, господин Москва, — лениво отозвался мужчина с раздолбайским видом, развалившись на сиденье джипа неподалеку. — Тот, кто это сделал, отлично постарался: по пути его передвижения все камеры отключены.

Представителей Тайной Имперской Службы по расследованиям серьезных преступлений было принято называть именами городов Российской Империи, для предотвращения утечки личной информации. Хотя, учитывая их профессионализм, секретность была скорее шуткой. Даже бабушки на лавочке знали, кто такой «господин Москва». Единственное, что подтверждало их принадлежность к высшей службе по борьбе с преступностью, это артефактные жетоны. Такие могли активировать только они, к тому же получая при этом доступ ко всем базам данных.

Москва задумчиво почесал голову. Кажется, перхоть — единственное, что от него не скрывалось. Он взглянул на датчики, считывающие энергетический фон, до сих пор маячивший здесь после погрома, и с сарказмом сказал:

— Эх, если бы преступники так же часто оставляли свои кошельки на месте преступления, как энергетические фоны, мы бы уже жили в идеальном мире. Ну или хотя бы я скопил на отпуск.

Затем он еще раз окинул всю местность взглядом и хмыкнул.

— Вырубив камеры, преступник равно оставил след, обозначив маршрут следования. Отследите его до последней выведенной из строя камеры, — отдал он приказ помощнику. — Может захочет нас порадовать очередной головоломкой. Как в добрые старые времена, когда преступники ещё уважали и себя, и нас.

— Но что нам это даст, господин? Дальше идёт Кольцевой Тракт, и там за секунду хрен знает сколько машин проходит, — помощник начал негодовать, предчувствуя бессонные ночи и бесконечные литры кофеина. Его кофемашина этого не переживёт. Да и он сам, возможно, тоже.

— Если понадобится хоть сотня лет, каждую машину нужно проверить за весь тот день, — неумолимо заявил Москва.

Он же не расслабляется, почему другие должны? К тому же, бессонница ещё никого не убивала. Хотя нет, постойте, статистика говорит обратное. Ну да ладно, это уже проблемы судмедэкспертов.

Помощнику ничего не оставалось, как вцепиться зубами в руль от злобы. Пока он мысленно прощался со своими выходными, Москва окликнул своего молчаливого коллегу:

— Ну что скажешь, Севастополь? Есть какие-нибудь мыслишки на этот счёт?

Патлатый мужчина поблизости нехотя вынул наушник с громкой музыкой и затянулся сигаретой так глубоко, будто надеялся сократить себе жизнь на пару лет, лишь бы не участвовать в этом веселье.

— Что-что… Да тут, бл***, явно поработал Одарённый класса S не меньше! Одно утешает: таких у нас пол-Москвы не наберётся. Хоть не придётся искать иголку в стоге других иголок.

— Это всё ясно, как день, — кивнул Москва. — А ведь изначально думали, что тут Добрынины замешаны. Они же воевали.

— Ага, воевали… С похмельем, разве что, — усмехнулся Севастополь. — Я их по базе пробил, да и кое-что наковырял. Добрыниным такая сила и в кошмарах не снилась. Да и вряд ли они способны на что-то более опасное, чем перепить соседа.

— Хочешь сказать, они полный тухляк? — усмехнулся Москва. — Ну ладно, если хоть какую-то зацепку найдём, будем отталкиваться от неё.

— Может, если найдём этого гения, то и завербуем к нам, — хитро прищурился Севастополь. — А что? Ты же знаешь, как Империи нужны такие таланты. У него выбор небольшой: либо зона, либо служба Родине. Хотя, зная наши условия, зона может показаться пятизвёздочным курортом.

— Ну нечего мне напоминать, я в курсе, как дела делаются, — проворчал Москва. — Искать будем, а там разберёмся. Хрен поймёшь пока, кому понадобилось так расплющить Радугиных.

— Короче, клубок у нас ещё тот. Бери и распутывай, пока не завязнешь окончательно, — хохотнул коллега. Его смех напоминал скрежет ржавого замка.