Я хмыкнул.

— Сделаем так, — продолжила она. — Я тебя доставлю в горотдел и допрошу. И «деушку» твою тоже. Так что договоритесь пока, где вы были, что делали сегодня, без интимных, разумеется, подробностей, и кто вас мог видеть в Верхотомске, а не в Краснокузнецке. Но, иди-ка сюда, отойдём в сторонку.

Она спустилась с крылечка и сделала несколько шагов в глубь двора.

— Подожди, — кивнул я Насте и пошёл вслед за Ириной.

— Ты парень вроде неглупый, — сказала она и глянула скептически.

Она стояла лицом к фонарю, и я видел её лицо, освещённое тусклыми бледными лучами.

— Хотя, может, я и ошибаюсь. Это мы скоро узнаем. Но ты, наверное, догадываешься, что вот это твоё «алиби» недорого стоит и продержится недолго. Дурочка эта влюблённая переигрывает, а потом… как думаешь, может получиться так, что на месте преступления найдутся твои пальчики или жидкости?

— Не найдутся, — мотнул я головой, но тут же осёкся. — Вообще-то… почему бы и нет… могут найтись.

Думаю, вложить мне в руку стакан, бутылку или что-то ещё, что могло потом оказаться на месте преступления, было очень просто.

Ирина выжидающе молчала.

— В общем…

— То, что ты говоришь сейчас, останется между нами. То, что скажешь позже, попадёт в протокол.

— В общем, меня вырубили, и я какое-то время оставался без сознания. Вполне можно было организовать мои следы.

— Вырубили… — повторила она. — Шикарно…

— Да, вырубили. И браслеты надели. На свет выйдем, покажу тебе следы. Короче, я знаю, кто убийца.

— И кто же?

— И знаю, когда он снова убьёт.

— Серьёзно? — хмыкнула она. — Ну, так поделись информацией… с Зубом. Он тебе спасибо скажет.

— И если ты возьмёшь убийцу с поличным, он сознается и в сегодняшнем убийстве.

— Так… Это уже херня пошла, Жаров. Ты типа гипнотизёр, да? Сразу предупреждаю, эта линия защиты самая тупая из всех, что можно представить. Если ты знаешь реального убийцу, нужно его найти и допросить раньше, чем Зуб его устранит. Поскольку, если он действительно, подчёркиваю, если он действительно хочет тебя подставить, то позаботится о том, чтобы настоящий убийца не смог предстать перед следствием. А нести ахинею, что типа ты знаешь, когда будет новое убийство, не стоит. И вот что скажу… Проблема в том, что я не могу предпринимать никаких официальных действий вне рамок приказа. И, тем более, никаких действий, связанных с этим делом, в Краснокузнецке. Можно было бы привязать твоего убийцу к какому-то другому делу…

Она задумалась.

— Типа подвести какого-то другого следака к реальному убийце через другое дело, и чтобы он расколол его и по сегодняшнему эпизоду, так?

— Так-то оно так, только вот вопрос, Жаров, — произнесла она задумчиво. — А какого хрена я должна тебе верить? По-моему, я каким-то не тем местом думать начала, а? Тебе не кажется? Удивительно даже. Я ведь всегда считала, что только мужики другим местом думают…

— Я полагаю, Ирина Артуровна, мы с вами оба думаем одними и теми же устройствами. Головами то есть.

— Посмотрю, что можно в этом направлении сделать. Поедем сейчас в отдел. Я ваши показания приму, составим протокол и пойдёте. Но, советую, пока затаиться и нигде не светиться. На работу не ходить, в общагу не ходить, домой не ходить.

— Хм… Есть у тебя на примете подобные места?

— Одно есть. Но «деушку» твою туда не пустят.

— Спасибо, — кивнул я, — но сама посуди, не по-товарищески будет. Она мне — алиби, а я ей даже безопасного местечка обеспечить не могу.

— Благородно, но глупо. Ладно, поехали.

— В околоток? — кивнул я.

— В околоток, куда же ещё?

Можно было бы и не рисковать так, наверное. Эту женщину со мной мало что связывало. Взаимная наша симпатия, если её можно было так назвать, строилась не на такой уж долгой истории знакомства и некоторых успехах. Теоретически, Ирина вполне могла принести меня на алтарь чего-то важного. Сдать за ещё одну звёздочку, за продвижение в карьере, за… да мало ли что можно получить за душонку подозреваемого…

Но внутренний голос говорил, что она могла бы стать моим союзником. Впрочем, любой союзник — это здорово, конечно, но союзник мне нужен помощнее, чего уж там. С учётом географии преступлений мне был нужен выход на федеральный, то есть на всесоюзный уровень.

Но, как бы то ни было, и невзирая на сомнения, я решил воспользоваться этим, прямо скажем, неплохим предложением и поехал в горотдел. Допрос прошёл согласно договорённости. Я сообщил, что в интересующий следствие промежуток времени находился по такому-то адресу, исполняя просьбу прописанного в ней студента, временно находящегося на обучении в другом городе.

Просьба заключалась в поливе цветов. Для того, чтобы справиться поскорее с этим делом, я пригласил на помощь работницу фабрики. Ну, вот, собственно, и всё. А домыслы, касающиеся наших, так сказать, внебрачных отношений, никого не должны волновать. Вот вообще никого.