Я вскочил со стула, и ринулся к столу, за которым сидела погруженная в работу Тора. Она удивленно подняла голову, когда я подскочил и рывком отодвинул все, чем она занималась. Бухнул перед собой атлас карт, и принялся листать его, перекладывая уже знакомые карты и разглядывая те, которые мы сочли неважными.

— Что ты делаешь? — удивленно спросила Тора.

— Как думаешь, найдется тут карта очагов чумной паутины? — пробормотал я, не переставая искать.

— Если учесть, насколько это мерзкая дрянь, и если она действительно имеет хоть сколько-то широкое распространение по пустыне, то должна быть. Это важно как минимум для прокладки торговых маршрутов. — на автомате ответила Тора, и нахмурилась. — Ты что задумал?

— Подумай головой! — ответил я, продолжая копаться в картах. — Что мы видели в Запретном районе? Паутину, которая все разъедает, и червивых, которые все разъедают! Голову даю на отсечение, что они связаны друг с другом, и та круглая тварь в башне тоже связана с ними!

— Даже если так — что с того?

— А ты видела где-то еще в городе паутину? Конечно, нет, потому что никто не допустит, чтобы она тут оказалась, это же, считай, поставить крест на городе! Так как она могла оказаться в Запретном районе?!

— Понятия не имею. — призналась Тора и потерла переносицу. — Я уже не в состоянии думать.

— Да элементарно!

Я наконец нашел искомое и развернул карту, помеченную черными кляксами, на столе.

— Ее туда принесли Безликие! А знаешь, почему?! А потому, что эта дрянь вытягивает магию, точно так же, как это делали мерзости! Именно поэтому тебе так туго давалась магия в Запретном районе — ты просто не замечала, как львиная доля каждого твоего заклинания утекала в никуда!

— Я все еще не понимаю, к чему ты это.

— Если Безликие занимались созданием идеальной гробницы для копья, и использовали для этого чумную паутину, или какие-то ее производные… Значит, они собирались использовать ее или их и для ее постройки тоже! А где взять паутину, которую можно использовать для этих целей?

Я положил карту очагов паутины под рисованную от руки карту с пометками гробниц, взял их вместе за края и поднял в воздух, подставляя солнечным лучам. Проступившие под белой бумагой черные пятна во многих местах наложились на метки гробниц. Слишком во многих, чтобы считать это простым совпадением.

— Я поняла. — прошептала Тора, и ее глаза засияли. — Я поняла, о чем ты!..

Для строительства гробницы достаточно паутины можно найти только там, где она есть и так.

Вот из чего я исходил, когда совмещал карты.

Из сотни гробниц на пятна чумной плесени выпало всего двадцать шесть.

Даже если мы будем продолжать искать настоящую гробницу простым перебором вариантов, время, которое на это потребуется, сократилось аж вчетверо. Конечно, еще оставался вариант, что я ошибся в своих выкладках и теориях… Но о нем мы подумаем, если после двадцати шести попыток мы так ничего и не найдем.

Как мы уже выяснили, возле Дармикана гробницы не было. И не могло быть — ведь судя по карте паутины, ее рядом со столицей не водилось тоже. Вернее, пятна были, но небольшие, и не пересекающиеся с расположением гробниц, что лишний раз доказывало мою правоту, хоть и не прямо, конечно, а вполне себе косвенно. В любом случае, со столицей пора было прощаться. Ничего интересного для нас здесь не осталось, кроме, разве что Запретного района, а туда я не вернусь, даже если мы обойдем всю сотню гробниц и ничего там не найдем.

Хотя вру. В таком случае, вернусь. Придется вернуться.

Следующим городом на нашем пути был Шивер, не уступающий по размеру Дармикану, и, судя по историческим хроникам, даже когда-то бывший столицей Шалихада. Как раз в тот момент, когда в Дармикане пытались разобраться с последствиями взрыва в башне.

Дармикан располагался почти в центре Шалихада, если, конечно, у этой неровной амебы, расплющенной по карте, вообще можно было высчитать центр. Шивер лежал к северо-востоку, в окружении практически десятка пятен чумной паутины. Интересующих нас гробниц насчитали семь штук, и еще одна вызвала сомнения и споры, так как располагалась на самом краю опасной зоны, и не поймешь — внутри она или все же снаружи. Поколебавшись, решили все же обыскать и ее — ставки слишком высоки, чтобы решать такие спорные ситуации как-то иначе.

Сборы перед отправлением заняли еще два дня. Посовещавшись и несколько раз все обдумав, мы приняли решение продать лошадей. Все то время, что мы провели в Дармикане, мы даже не выводили их из города, и они банально тратили наши денежные запасы, проедая их в стойлах. Несмотря на то, как мы сблизились с Торой, и сближались чуть ли не каждую ночь заново, она все еще уклонялась от ответа на вопрос про деньги и их оставшееся количество, но идею продать лошадей горячо поддержала. Смысл тратить деньги на то, чем не пользуешься? Даже если денег куры не клюют. Возможно, такой идеи не возникло бы, путешествуй мы на лошадях дольше, и успей мы привыкнуть к ним, но даже этого не случилось. Та крошечная привязанность, что успела появиться лично у меня за время пути до Андраде, успела раствориться в пространстве за все время, что мы провели в Шалихаде.