— О, будем драться? — воскликнул обрадованный Ярик, орудуя ножом для намазывания масла. — Это я завсегда готов!

— Без магии, обычный спарринг. Двое против одного, — бесстрастно произносит наставник.

— Когда твой отец прилетает? — спросил Назаров.

— Через пять часов.

— Успею уйти, — кивает друг. — Сам же понимаешь, не с руки мне с Георгием Яковлевичем встречаться. Лишние вопросы, постоянные увиливания. Не, лучше свалить.

Под бдительным взглядом Куана нам больше ни одного куска в рот не лезет. Пришлось срочно заканчивать завтрак, думая о том, как бы оборотня отлучить от столовой. Пусть на Оксану смотрит где-нибудь в другом месте, но не сгоняет съеденные калории подобным образом. Я позвал Ярика в свои апартаменты и нашёл для него спортивные штаны. От полной экипировки он отказался, сказав, что с голым торсом и босой он лучше двигается.

Когда мы пришли на расчищенную для спаррингов площадку, для чего я пожертвовал частью сада, Куан уже находился там и делал растяжку. Оценив мускулатуру Ярика, он хмыкнул и скинул с себя армейскую майку и кроссовки. Поиграл тугими канатами мышц. Вздохнув, я тоже принял «форму номер восемь — что хотим, то и носим».

— Будете нападать на меня вдвоём, — сказал кумихо, мягко кружась вокруг нас. — Господин Ярослав, вы умеете создавать ментальные конструкты, не прибегая к обычной магии?

— Нет, к сожалению. Но согласен на контактный бой.

— Отлично, тогда приступайте, — кивнул наставник. — Посмотрим на вашу подготовку.

— На нас смотрят американские гости из окна, — наябедничал Ярик, успевший каким-то образом оценить обстановку.

— Да пусть смотрят, — отмахнулся я. — Может, Арабелле нравятся красивые мускулистые русские парни. Зачем отнимать у неё право на зрелище?

— Нападайте, хвастуны! — резко воскликнул Куан, как плетью стеганул.

Мы разделились и стали надвигаться на оборотня; то один, то другой из нас отвлекал противника постоянными ударами рук и ног в корпус, и пока Куан занимался оборонительными действиями, сумели отодвинуть его от центра площадки, где он мог чувствовать себя гораздо лучше.

Ярик работал чётко, пытаясь зацепить ногой лодыжку наставника, а если не удавалось, высоким боковым ударом нарушить ему координацию. И увлёкшись, не заметил, что Куан уже не стоит на линии, а сместился в сторону, после чего провёл массированную атаку кулаками, выбивая из Назарова дух. После одного такого прямого в челюсть Ярик грохнулся на землю, но быстро увернулся от летящей в него стопы.

Я заметил, что Куан схитрил, когда бил моего друга. Не его кулак соприкоснулся с подбородком Ярослава, а ударная волна, которую он сформировал перед этим. Значит, и я могу с наставником биться так же. И стал накачивать энергию в руки и ноги, попеременно действуя «открытой ладонью» или «копытом», то бишь кулаком, которым толкаю спрессованную волну перед собой. Куан играючи уворачивался от нападений Ярика и ставил ментальные щиты против моих конструктов. Работали молча, крутясь в бешеном мелькании рук и ног. В какой-то момент я ощутил восторг от слаженности действий. Понятно, что наставник не собирался всерьёз вышибать из нас дух, а развлекался таким образом, и заодно показывая нас прильнувшим к окну Арабелле и Дику. Подозреваю, неспроста.

В какой-то момент Куан просто исчез и оказался за нашими спинами, применив джампинг, и ловкими подсечками повалил на землю сначала Ярика, потом меня, обозначив кулаком удары в голову.

— Закончили! — сказал он и отпрянул в сторону, сложил ладони вместе и поклонился.

Мы машинально повторили его жест. Куан кивнул и направился к дому.

— Хитрый азиат, — выдохнул Ярик, смахивая с прилипшего к телу травинки и мелкие камушки. — Он телепортатор, что ли? Ловко за мою спину прыгнул.

— Нет, Куан магией не владеет, — восстанавливая дыхание, ответил я. — Это какая-то хитрая духовная практика.

Говорить о том, что мне тоже подвластен джампинг, не стал. С Ярика станется потребовать продемонстрировать хитроумный приём.

— Откуда тогда он берёт столько энергии для прыжка? — Назаров кивнул в сторону дома и мы медленно пошли по дорожке. — Телепортаторы выкачивают из окружающего пространства уйму энергии, которая идёт на подпитку Дара. А я чувствую такие вещи. Куан пользуется какой-то иной методикой. Вообще, интересная у вас Явь. Отцу бы понравилось покопаться в ваших магических законах.

— Приходите, всегда рады, — я в самом деле искренне хотел, чтобы Никита Анатольевич прибыл сюда. Мы могли бы позаимствовать друг у друга много интересных вещей. Например, я не откажусь от «Бриза» — лёгкого защитного комбинезона. В действующей армии такие изобретения с руками оторвут.

После душа Ярик заглянул ко мне уже переодетый в свою джинсовку, и я понял, что он собирается уходить домой.

— Пошли в парк, — сказал он. — Я уже со всеми попрощался, перекинемся парой слов.

В этот раз я решил увести Ярослава подальше от особняка, чтобы любопытные американцы не увидели того, что им видеть не следует. Тренировочная площадка осталась по левую сторону, а мы углубились в густые заросли, за которыми уже виднелся особняк соседа — дворянина Горлова. Он состоял на государственной службе в МИДе каким-то чиновником, я особо не интересовался. Ко мне в гости ещё никто из соседей не приходил, хотя бы ради интереса, что я за человек, почему именно мне государь отдал в вечное владение имение Ушатых. Ну и ладно. Сам же я не собираюсь навязывать свою персону кому-либо. Мне здесь комфортно, всё под рукой, даже мастерская, наконец-то, переехала полностью в новенький пристрой рядом с гаражным боксом. Ворон умотал к друзьям в Великий Новгород, а Берг с парнями махнули в Крым на пару недель. Так что пока мастерская под замком и охраной.

— Ты не передумал, если я оставлю в твоём саду маячок? — спросил Ярик. — Чтобы сразу быть на месте, если позовёшь. От Новодевичьих Прудов слишком долго добираться.

— Ставь, такие вещи никогда лишними не бывают, — мне стало любопытно, каким образом ставятся астральные маячки, и на всякий случай отошёл подальше от Назарова, боясь действия антимагии.

Ярик огляделся, словно искал подходящее место, и вдруг подошёл к развесистому клёну, приложил к нему руку. Ладонь самым настоящим образом засветилась, оставляя на коре отпечаток, который через несколько минут исчез.