Конечно, я подписал для Тодороки афишу. Мне несложно, ему радость от обладания подписью настоящего сумотори. Теперь дома на стенку повесит и будет гордится знакомством со мной. Да что я за человек такой! У меня что, совесть атрофировалась? Или я ее на мистера Хайда обменял? Как поменять обратно? Я же не хочу никого обманывать!

— А можешь назвать свое сикона, семпай? — безопасник чуть ли не сделал щенячьи глазки, заглядывая мне в лицо, желая узнать прозвище, псевдоним, под которым я выступал на дохё, площадке для схваток в сумо.

— Прости, Тодороки-сан, но не сегодня, — окончательный отказ способен нанести человеку обиду, поэтому я использовал более обтекаемую формулировку. — Кроме того, я не добился больших высот, чемпионом так и не стал, как не старался, а сейчас моя спортивная карьера закончена по причине старых травм. Мне очень тяжело вспоминать былое. Ты должен меня понимать, ведь ты тоже бывший спортсмен.

Ну а кто еще идет в таком молодом возрасте работать в охранники, как не спортсмены, вынужденные прекратить выступать?

— Да как ты это делаешь, Ниида-сан?! — воскликнул Каэда. — Признайся, ты экстрасенс, способный читать чужие мысли.

— Я просто очень наблюдателен. Скажи лучше, как обстоят твои дела с Натори-сан? Подарил ей тот букет, что я тебе дал?

— Подарил, — промямлил стушевавшийся юноша. — Только постеснялся лично в руки отдать. Оставил с запиской у ее двери. Не все такие смелые, как ты, Ниида-семпай. Хотя теперь я понимаю, откуда у тебя храбрость и уверенность в своих силах. Выйти на дохё наверняка страшнее, чем с женщиной заговорить. И понятно, почему ты своей внешности не стесняешься. Борьба наше национальное достояние.

— Ты большой молодец, Тодороки-кун, — приободрил я собеседника. — Девушки любят романтику. А что может быть романтичнее, чем таинственный поклонник? Слушай мое задание, кохай. Сегодня же вечером ты купишь еще один букет, ничем не уступающий предыдущему и снова подаришь своей возлюбленной анонимно. И будешь так поступать каждый день. Только приноси цветы к ее двери лично, никаких курьеров.

— А дальше?

— Вас сведет сама судьба, вот увидишь, — я так полагаю, уже где-то в районе третьего или четвертого букета Натори-тян станет интересно, кто ее поклонник, и если взаимная симпатия возможна — сама всё сделает. И откуда я только в подобном разбираюсь? Чтобы мои свидания пересчитать, пальцев одной руки хватит. Это включая недавнее.

— Семпай, а зачем тебе маска? Это чтобы поклонники не донимали? Лицо скрыть? — все таки Каэда-кун несколько недалекий. Ну вот с чего бы мне начать скрываться от фанатов сумо именно сегодня, а не в день трудоустройства в компанию?

— Я немного простудился под кондиционером, все уже в порядке, но на всякий случай принял меры, чтобы не разносить инфекцию. А сейчас мне пора работать.

Все-таки с кондиционером нужно что-то делать. Я внимательно посмотрел на коварное устройство. Если направить воздушный поток от него в другую сторону, то холодно станет кому-то из моих коллег. Неприемлемо, нельзя допустить чтобы кто-то из них простудился. Со мной хорошие люди работают, старательные. Не очень эффективные, да. Но я знаю, в чем причина их низкого КПД. Все дело в том, что отдел справляется. Да, работая на износ и выбиваясь из сил, но справляется. Скорее всего, работа ведется еще теми же исторически сложившимся методами, которые существовали двадцать, если не тридцать лет тому назад, когда компьютеры не позволяли настолько сильно упростить работу. И вот в дело вступает один из принципов организации сложных систем, широко нашедший применение в айти среде. Работает — не трогай.

Тамура-сан — закоренелый формалист. Как получил рабочие инструкции от своего предшественника, так и добивается их исполнения в меру своих сил. Он с некоторой точки зрения молодец. Принес в отдел финансовой статистики стабильность и удерживает ее. Я уточнял у семпаев. Начальник наш на своем посту уже семь лет. Повышение ему, видимо, не светит. Но зачем что-то менять, когда все довольны?

Конечно, я постараюсь облегчить сотрудникам их нелегкий труд. Возьму побольше работы на себя. Специально продвигать нововведения не стану, опыт показал, что коллектив не рад революционерам, пытающимся все перекроить. Но постараюсь невзначай демонстрировать, насколько проще все становится при современном подходе. Если в отделе появится новичок, попрошу начальника назначить меня его семпаем и обучу своим методам работы, насколько человек справится. Ничего секретного в них ведь нет, каждый справится, если начнет работать головой.

Коллеги мои добрые люди, да еще и немного отдохнувшие на выходных. Заметили медицинскую маску. Участливо поинтересовались состоянием здоровья. Согласились что рабочее место мне досталось неудачное. И на этом все. Немного обидно, что никто не предложил поменяться на время, пока не станет ясно, что с простудой. Я бы все равно отказался и не стал подвергать никого риску заработать переохлаждение. Но хотя бы из вежливости предложить могли бы.

Привычно сделал кучу отчетов, разнарядку на которые получил от шефа. Полчаса для меня, несколько дней работы для всего остального отдела. Как бы не начать себя незаменимым считать. Гордыня это плохо. Закончив с основной частью работы, взялся за свой сегодняшний персональный проект. Открыл графический редактор и начал методично переносить в него планировку нашего опен-спейса. Столы, перегородки, окна, компьютеры и самую важную деталь — кондиционер, ледяные потоки от которого я обозначил на схеме большой синей стрелкой.

Скопировал созданный файл и начал его редактировать, выполять перестановку, стараясь учесть интересы всех сторон. Это мне не статистические подборки формировать. Тут пространственное моделирование. Сложно, непривычно, но по-своему интересно. К обеденному времени сделал целых два варианта, как передвинуть мебель, чтобы под синей стрелкой никто не оказывался. Как незначительный бонус за старания, мой монитор в обеих расстановках поворачивался лицом к остальным. Никто не будет видеть моего экрана монитора. Мне обычно совершенно нечего скрывать от коллег, но сам факт того, что кто-то будет заглядывать ко мне через плечо немного нервирует. Сейчас выручает моя полнота. Попробуй что-то разглядеть за широкой фигурой. Но при новой планировке даже теоретической возможности невзначай за мной подглядывать ни у кого не будет.