Я щелкнула пальцами, вызывая сноп зеленых искр. Сморчок отшатнулся и взлетел повыше.

— Только бы запугивать, только стращать, — пожаловался он из-под сводов подвала.

— Задание-то понял? — сурово спросила я. Старикан кивнул и скользнул в потолок. Пора и нам было выбираться из подвала и с голыми руками отправляться на поиски лопаты. Понять бы, где я ее оставила!

Проблема была еще в том, что периодически меня переносили с места на место без моего на то ведома.

Так что сначала мы с Клементиной пошли в столовую. По дороге я призвала Арриену. Коротко объяснила, что происходит.

— Надо всех предупредить, что в доме бродят упырь, вампир и убийца, — добавила я.

— Строго говоря, они все трое убийцы, — дотошность Клементины иногда просыпалась совершенно не вовремя.

— Поспеши всех предупредить, Арриена! — повторила я. — Пусть закроются в комнатах!

Призрак кивнула и влетела в стену, и через несколько мгновений мы услышали вдалеке ее голос, требующий сохранят спокойствие и оставаться в комнате, ведь по дому бродят упырь, вампир и убийца. А я подумала, что это было бы интересным названием научного трактата, только он был бы не научным, а развлекательным. Софи как-то приносила такие книжицы про баронесс и графов. Я посмотрела, конечно… Но сомневаюсь, что стоит там много страничек уделять тому, где там у кого горит и как лихорадит. Если жарит или сердце жжёт — надо выпить отвар соответствующий и закутаться в одеяло. К утру как рукой снимет!

Софи, конечно, сказала, что я ничего не понимаю, и горит там всё в самом переносном смысле. Ну, ей виднее, конечно. Но я бы лучше прочитала про баронессу, которая мастерски швыряет огненные шары, и графа, который охотится на упыря в собственном поместье!

— Плохая идея, — вздохнула Клементина. — Они же сейчас всё наоборот сделают!

— Да ладно! — тут я засомневалась. Как идиот сам полезет к упырю? Куда проще пересидеть в комнате, ночь к тому же!

— Они сейчас спали почти все, — начала объяснять Клементина, пока мы топали к столовой. — А тут такая новость! Половина спросонья вылезет спросить, что случилась. Вторая половина вообразит, что убийца у них в шкафу, а упырь под кроватью, как им всегда желали — и выбегут от ужаса. Ну и будет тут толпа слоняться.

Я, конечно, не поверила, и, надо заметить, совершенно зря. Именно так, как Клементина описала, всё и произошло. Но это было позже.

— Если так будет, то на эту толпу мы упыря ловить и будем, — наверное, во мне говорили бодрящие орешки, но, даже не обнаружив лопату в столовой, я не растеряла оптимизма. — Возьми с собой что угодно колющее и половник из супницы.

Сама я брать ничего не стала. У меня были мои мелкие амулеты, ловкость и умение использовать в качестве оружия что придется. Так что посторонние предметы мне будут только мешать.

Конечно, впору было задуматься, откуда тут пустая супница, кто и для кого варил суп, но что-то для меня было перебор с тайнами, и эту я решила оставить Даррену. Всё по-честному: я разберусь с убийцами, а он с супом!

— Может, ты ее в склепе оставила? — предположила Клементина. Она оглянулась, услышав шорох, и на всякий случай выставила перед собой вилку, а руку с половником занесла для удара. Но там оказалась всего лишь Барбара.

Мне категорически не нравилась эта тощая пучеглазая петрушинка, но стоило быть справедливой: на нее у нас не было ничего, кроме того, что ей все не нравились еще сильнее, чем мне самой — она.

Да, она водила шашни с Гримием, насколько серьезные — мне и узнавать не хотелось, потому что я придумать не могла причину, по которой можно одного плешивого беса менять на точно такого же, да еще и слабого магически! У меня в голове не укладывалось.

Ладно, я могла бы (голосом Софи в своей голове, а то даже Кайсы) сказать, что слишком наивна, чтобы разбираться, кто и в чем силен, но это Остия постоянно можно было обнаружить с самыми разными женщинами, а не Гримия! В общем, чужая душа потемки, а уж у такой как Барбара тем более.

Что до вампира, то за связь с ним половину этого курятника можно было бы подвести под казематы, включая Клементину, что тоже не дело. В общем, Барбара не нравилась мне, и Барбаре я тоже определенно не нравилась. Точка.

— Клементина, правда, что кто-то выпустил упыря? — срывающимся от страха голосом спросила Барбара. Меня она игнорировала. Интересно, почему прямо столько нелюбви? Вроде я ее Остия не трогала и пасынку не я голову отрезала. Да я даже…

А. Да. Если ей вампир нравился, то в кубе он из-за меня оказался. И Бриена я тоже откопала, а Барбара точно была против.

— Видимо, Барбара, — Клементина же, судя по лицу, вспомнила, как ее чуть не отравили, а отравителя не нашли, и говорила холодно, точно еще после подвала не отогрелась. — Не знаете, кто это мог сделать?

— Ох, не знаю, — Барбара сжала своими сухими ручонками плечи и задергала головой. — Страшно мне в комнате. Вдруг вампир под кроватью? Можно с вами?

Клементина открыла рот, чтобы ответить, но я толкнула ее ногой. Таких как Барбара лучше всего держать к себе поближе. Я вот в детстве тоже вдомек не могла взять, чего отец с собой вампира всюду таскает. А он изучал, во.