Никто не открыл.

Чудеса.

По ходу, Старьевщик свою лавку открывает только во второй половине дня, и это, в принципе, логично — именно это и есть основное время бодрствования всякой мелкоуголовной шушеры.

А, может, он вообще ее открывает когда сам захочет. С его оборотами торговли он вполне может себе позволить абсолютно свободный график работы. Он, конечно, потеряет кучу выручки, но позволить — все-таки может.

Ладно, вернусь сюда попозже, когда господин Старьевщик соизволит донести свой зад до рабочего места. Знал бы, что он работает когда хочет — записал бы его телефон, чтобы он работал, когда я хочу. Ну да ладно, это еще будет, а пока…

А пока я достал телефон и снова позвонил Астрид. И снова она мне не ответила. Я сбросил звонок и убрал телефон в карман.

Астрид не похожа на человека-динамо из тех, кто дает неправильные номера. Или даже дает правильные, но потом не берет трубку, закатывая глаза и цедя сквозь зубы «Опять этот звонит». Нет, Астрид определенно не относится ни к тому типажу, ни к этому. И мне приходит на ум только один вариант, почему она не берет трубку — что-то случилось.

И, если вспомнить вчерашний день, то вариант «что-то случилось» становится практически единственным возможным. Вчера в обезьянник отправились местные «авторитеты», и совершенно не удивительно, если какие-нибудь их друганы решили за них отомстить. А так как реального виновника ситуации, то есть меня, под рукой нет, урки вполне могли отыграться на кафешке и на Астрид.

Ох, надеюсь, что этого не произошло… Ох, надеюсь, что у них хватило ума не трогать хотя бы девушку.

Ох, надеюсь, что у них хватило ума вообще сидеть в своих норах и никуда не лезть, а только злобно ругать того, кто отправил их корефанов за решетку!

Глубоко вдохнув и выдохнув, чтобы погасить вспыхнувшую злобу, я зашагал к «Капели». Случилось там чего-то или нет, но я в любом случае проголодался, и не прочь чего-нибудь перехватить — как-никак уже время к обеду подошло, пока я тем да этим занимался. А пока обедаю, как раз найдется время, чтобы полистать книжечку Бейтса без лишнего внимания со стороны.

Так я думал, пока шел по улицам и переулкам, чтобы в итоге добраться до «Капели».

Но, когда я дошел и увидел кафе со стороны, я понял, что пообедать мне не удастся…

Нет, кафе не горело. Кафе не было разрушено и даже не было закрыто.

Но это не означало, что в него будет просто попасть.

Потому что в кафе была очередь. Таких размеров, каких я не видел ни ни одном старте продаж ни одного нового айфона!

Что там говорить о занятых столиках летней веранды — очередь была такой длины, что несколько человек буквально стояли на улице!

Какого, спрашивается, хрена?!

Я снова посмотрел на свой телефон, на два вызова без ответа и мне все стало понятно — бедняжке Астрид даже на телефон ответить было некогда, небось бегает там как савраска от фритюра до бара и обратно.

Черт, да что же там такого случилось, что такая куча народа пришла?!

Сперва я хотел нагло пройти мимо всей очереди, но потом подумал — а зачем? Зачем мне толкаться через десятки людей, слушая в свой адрес всякие гадости? Не ровен час, кто-нибудь особенно нервный не выдержит и полезет в драку, а это же опять — потеря времени.

У меня же есть способ провернуть все намного быстрее… И, главное, незаметнее.

Бросив еще один взгляд на людей, осаждающих «Капель», я перешел дорогу, зашел за угол дома, в котором располагалось кафе, и оказался в узком переулке. Он живо напомнил мне тот, в котором я вежливо спрашивал у аборигенов о месте расположения Старьевщика, только тут никто не пытался меня ограбить… Да и вообще было намного чище, чем там.

Я прошел вдоль стены и наткнулся на то, что искал — служебный выход «Капели». Я определил это по характерному шипению раскаленного масла, доносящемуся из помещения и соответствующим запахам. Дверь была приоткрыта по случаю летней жары и держала ее лишь цепочка, но такая цепочка, на которую и Цербера было бы нестыдно посадить. Каждое звено толщиной с мой палец. Хрен разломишь, хрен перекусишь.

Но мне не нужно было ни ломать, ни тем более перекусывать ее. У меня был более намного более простой и изящный план.

Я достал из сумки артефакт и кинул его в щель между дверью и косяком. Артефакт со звоном запрыгал по плитке, я потянулся к нему сознанием и через мгновение уже стоял внутри служебных помещений «Капели».

С кухни, откуда тянули вкусными ароматами, раздались тихие причитания, а потом что-то упало на пол и громко разбилось. Я нахмурился, спрятал артефакт обратно в сумку и вошел на кухню.

Астрид была там. А еще там был абсолютный бардак. В мойке полно грязной посуды, в разделочной доске торчит сразу два ножа, а на крутящемся держателе висит целая бахрома маленьких бумажек с заказами.

Астрид стояла возле бурлящего фритюра и смотрела на разбитую тарелку у себя под ногами. Ее руки мелко дрожали, и губы тоже. Казалось, она сейчас заплачет…

Но тут она увидела меня. Ее глаза округлились, и она тихо, словно не веря в происходящее, прошептала:

— Оникс…

Быстрее, чем девушка успела прийти в себя, я пересек кухню, подошел к ней и крепко обнял. Она всхлипнула, уткнулась лбом мне в плечо, обняла в ответ и прижалась так сильно, словно пыталась стать со мной единым целым.