— Что ты утаиваешь, Нест? — в лоб спросила нор Гремон, прищуривая свои нечеловеческие глаза.

— Я? Ничего помимо того, о чём поклялся молчать, — выкрутился мужчина.

— Хорошо. Поверю твоим выводам. Но что насчет родственников Ризанта? Я слышала будто, младший брат и мачеха объявили его погибшим, чтобы присвоить главенство в семье. Это очень точно перекликается с моим опытом. Ведь больше половины преступлений против аристократов совершается членами их рода. Могло ли произошедшее быть очередным витком борьбы за власть в семье?

— Не уверен. Риз воспользовался правом фамильного старшинства, чтобы отправить Велайда на военную службу. А Илисия находится здесь, в поместье. В добровольном уединении, денно и нощно размышляя над своими ошибками.

— А мальчик экселенса Одиона острый, как лезвие охотничьего ножа, да, Нест? — уважительно подметила Иерия. — Соперников со своего пути он расшвыривает как котят.

— Пожалуй, что так…

— Наверное, и с нор Палви что-то подобное случилось? — хитро глянула на собеседника квартеронка.

— Вот уж чего не знаю, — развел руками нор Эльдихсен, не выдавая волнения.

— Ладно. Вы говорили, что Ризант пропал возле дома, в котором поселилось семейство Мисхейв? А зачем он их навещал в столь поздний час? Это ведь очень сильный и богатый род. К тому же весьма критически настроенный по отношению к нашему правителю.

— И вновь мне нечего тебе ответить, Иерия. Кажется Риз имеет романтические виды на миларию Эфру — дочку главы Мисхейв.

Нор Гремон показалось, что её бывший сослуживец опять начал юлить. И она настроилась взяться за него всерьез. Но её намерения были прерваны внезапно распахнувшейся дверью. Послушница Пятого Ордена обернулась и обомлела. На пороге стоял Ризант собственной персоной. Только выглядел он настолько ужасно, будто его скинули с самого высокого пика Горного Предела…

Нор Эльдихсен, казалось, удивился даже больше Иерии. Он вскочил с кресла и бросился к желтоглазому юноше, но тот повелительным движением руки остановил его. Словно Нест был не аристократом, равным ему по положению, а каким-то слугой…

— Ризант, что с тобой произошло? — выдохнул мужчина. — На тебе места живого нет!

— Я потом расскажу, экселенс, — глухо произнес молодой глава. — Я вижу, что вы не сидели сложа руки и активно искали меня. Благодарю вас за это. А пока разрешите переговорить мне с миларией нор Гремон?

— Да-да, конечно! Я подожду… э-э-э… внизу!

Эльдихсен поспешно удалился. И послушница Пятого Ордена проводила его задумчивым взглядом. Что за отношения связывают этих двоих?

— Иерия, насколько вы уверенны в своих соратниках? — без какого-либо перехода осведомился нор Адамастро.

— Я… эм… Ризант, может вы сперва…

— Насколько вы уверены в своих соратниках? — с нажимом переспросил избитый дворянин.

Серый Рыцарь ощутила какое-то постыдное желание подчиниться этому человеку. Он и в первую встречу произвел на неё неизгладимое впечатление. Возможно, даже более сильное, чем экселенс Одион примерно два с половиной десятка лет назад, когда нор Гремон вступила в ряды Корпуса. Но сейчас… сейчас молодой аристократ вовсе заставил её оцепенеть. Его яркие желтые глаза, почти такие же, как у самой Иерии, излучали холод и отчужденность. Красивое лицо, без сомнения сводящее своими идеальными чертами с ума многих дам, ныне казалось высеченной из камня посмертной маской. Даже голос стал звучать иначе. Напрочь лишенный теплоты и дружелюбных ноток, он был подобен скрежету металла.

Иерию шокировали такие перемены. Какие ужасы и испытания оставили столь глубокий след на душе и теле Ризанта? Она хотела найти ответ в глазах молодого мужчины. Но видела в них лишь не стихающий пожар…

— Я… я уверена в своих людях, как в самой себе, экселенс, — выдавила послушница ордена, стряхнув наваждение. — Но почему вы спрашиваете?

— Боюсь, кто-то узнал о нашем сотрудничестве, — обличительно заявил нор Адамастро, словно считал собеседницу в чем-то виноватой. — Меня схватили и пытали. Очень интересовались, что известно Пятому Ордену о Маэстро. И это после того, как вы обещали мне неприкосновенность!

— Что?! — опешила гостья. — Но это невозможно! Я ни с кем не обсуждала наш уговор!

— Значит, кому-то хватило остроты ума, чтобы догадаться и без слов, милария.

— Но кто это был?!

— Вы не поверите, Иерия, но алавийцы.

— Я… я не понимаю…

— Скажите, я могу вам доверять? — неожиданно сменил нор Адамастро тему диалога.

— Конечно, Ризант. Я никогда не подведу сына моего спасителя! — патетично вскинула подбородок квартеронка.

— Хорошо. Тогда обучите меня бою на мечах. Вы ведь, насколько я слышал, выдающийся мастер в этом деле? Правду же говорят, что таким как мы из-за примеси алавийской крови не подходят приемы из классических фехтовальных школ? Но в то же время нам не хватает физических кондиций, чтобы в полной мере освоить стили темноликих.

— Да, это так, — не стала отрицать девушка. — Но почему это так срочно?

— Взгляните на меня, милария, — обвел красноречивым жестом своё изуродованное тело аристократ. — Этого бы не случилось, обращайся я с клинком более умело.

Только сейчас Иерия заметила, что одна ладонь Ризанта выглядит так, будто ее пропустили через мясорубку, и ужаснулась. Однако сам нор Адамастро этим обстоятельством нисколько не был обеспокоен.

— Но вы… вы же в таком состоянии, экселенс… Вам нужен целитель…