— Пока, Гурто. Завтра на лекции увидимся.

Я проследил, как она забирается в такси, и кивнул. А когда Босхо уехала, неспешным шагом направился в общагу, перекраивая свои ближайшие планы прямо на ходу.

В тот же вечер, ровно в двадцать один тридцать, я уже стоял в административном корпусе и стучался в дверь кабинета заместителя начальника Первой тэрнийской военно-магической академии по учебной работе.

— Зайдите, студент Гурто, — раздался изнутри усталый голос лэна Кайры Остэна.

Я толкнул дверь и послушно вошел.

— Проходите, присаживайтесь, — сделал приглашающий жест куратор нашего курса, и я так же молча присел на один из свободных стульев, которых в его кабинете обнаружился целый десяток.

Не знаю, зачем ему понадобилось так много, но сам кабинет походил на типичные чиновничьи апартаменты, рассчитанные на большие собрания, поэтому здесь имелось целых два стола, поставленных в виде русской буквы «Т», целая вереница стоящих вдоль стен стульев, здоровенное кресло, в котором восседал сам лэн Кайра, несколько больших шкафов, а также простая деревянная дверь, ведущая, вероятно, во второй кабинет, в котором, как показывало второе зрение, в данный момент никого не было.

А вот определитель ауры был. И даже не один. Из чего следовало заключить, что разговор и впрямь предстоял серьезный.

— Итак, — многозначительно начал куратор, как только я занял свое место. — Лэн Гурто, как вы понимаете, у меня накопилось к вам много вопросов. В том числе и касательно недавней практики.

— Я уже дал необходимые пояснения по этому поводу своим учителям, а также старейшине рода Хатхэ, — спокойно отозвался я. — Полагаю, эта информация также была доведена до лэна коменданта. И меня заверили, что негативных последствий в связи с недавними событиями для меня не последует.

— Проблема в том, что вы, как студент академии, в первую очередь находитесь под моей ответственностью. И именно мне в скором времени придется давать пояснения лэну Усхэ по поводу вашей, так сказать, самодеятельности в крепости Ровная.

Я сделал непроницаемое лицо.

— О какой самодеятельности вы говорите, лэн?

— О той, из-за которой лэн Нардэ Хатхэ неделю назад изволил прислать на имя нашего учреждения официальную благодарность за помощь в закрытии известного вам разлома, а также ходатайство о вашем награждении с соответствующей записью в личном деле.

Я беспокойно заерзал.

— Что еще за ходатайство?

— Официальное, — любезно пояснил куратор. — Требующее организации такого же официального и торжественного мероприятия. И вот именно необходимость его проведения мне придется лэну начальнику как-то объяснить.

— А может, попробуем обойтись без торжественной части? — осторожно спросил я. — Давайте вы просто зачитаете мне благодарность от лица лэна коменданта, а потом по-тихому вручите награду, после чего мы мирно разойдемся и не будем тревожить лэна Усхэ по столь малозначительному поводу?

На фиг мне торжественные линейки и не менее торжественные речи, в которых меня будут незаслуженно чествовать как героя. И официальное вручение награды тоже на фиг. Я не гордый. Могли бы просто спасибо сказать и на этом остановиться.

— Вы ничего не хотите мне рассказать, лэн Гурто? — внимательно посмотрел на меня лэн Остэн.

— А вам разве не передали из крепости исчерпывающую информацию от лица лэна коменданта?

— Передали. Но, как я подозреваю, не всю.

— И что же вы хотите от меня? — еще осторожнее поинтересовался я, не зная, сколько можно рассказать о случившемся в крепости.

Лэн Остэн тем временем сцепил руки на столешнице и уставился на меня, словно хотел увидеть насквозь.

Причем смотрел он долго, остро, тем самым пронизывающим взглядом, которым, как я уже заметил, обладали все, у кого в руках находилась хотя бы капелька реальной власти. Причем неважно где: в роду, в крепости, в целой академии… по какой-то непонятной причине люди на высоких должностях в чем-то были неуловимо похожи. То ли умением видеть собеседников насквозь, то ли способностью за версту чувствовать малейшую фальшь. Наверное, без этого им не удалось бы занять такой высокий пост и уже тем более не получилось бы на нем задержаться.

— Вы — очень своеобразная личность, лэн Гурто, — наконец уронил в оглушительной тишине лэн Остэн. — Поначалу у меня сложилось о вас сугубо положительное впечатление. Талантливый самородок, студент с хорошей успеваемостью и ярко выраженной тягой к знаниям. У вас самое большое количество факультативов среди студентов первого курса, вы об этом знаете?

Я молча покачал головой.

— И самый широкий спектр проявленных интересов, — продолжил куратор. — На протяжении всего первого полугодия вы показывали отличные результаты, у вас самый высокий средний балл на курсе. Да и на практике вы поначалу показывали высокие показатели. Лэн комендант также остался очень высокого мнения о вашем опекуне, лэн Гурто. Да вообще старший род Хатхэ проявляет к вам повышенное внимание. Исходя из этого я полагал, что практику вы пройдете безупречно, однако во время военных игр вы, признаться, сумели меня неприятно удивить.