Вот я и на месте. Как сказал однажды кто-то из моих знакомых: «Домик был небольшой, но публичный». Я трижды, с определёнными интервалами, позвонила в дверной колокольчик. Дверь открыла Августа, высокая статная девушка в ливрее дворецкого. При виде меня она тут же расслабилась и широким жестом пригласила пройти внутрь. Оставалось ещё несколько часов до того момента, как двери дома гостеприимно распахнутся перед первыми клиентами. Миновав тёмную прихожую, я попала прямиком в гостиную. То тут, то там пробегали девушки, наводя порядок.

— Александрина! Рада видеть тебя у нас! — навстречу мне с распростёртыми объятиями вышла сама хозяйка борделя. Статная изящная женщина с белоснежными седыми волосами, уложенными в высокую элегантную причёску внешне создавала обманчивое впечатление хрупкой и беззащитной. Со спины издалека её до сих пор принимали за молоденькую девушку, несмотря на то, что ей давно уже перевалило за восемьдесят. Впрочем, по сей день не нашлось ни одного человека, пообщавшегося с Лейдой, готового даже в смелых мечтах предположить, что ей исполнилось хотя бы семьдесят. Но каждый, кто был знаком с Лейдой близко, прекрасно знал, что внутри прячется железная леди с жёстким характером, крепко держащая далеко не первый десяток лет в своих ухоженных ручках один из лучших публичных домов Леарна. — Приветствую тебя, Лейда! Мои у тебя?

Лейда кивнула и, легко подхватив меня под локоть, повела к лестнице, ведущей но второй этаж:

— Рина, молодой человек, которого сегодня привели твои мальчики — это просто чудо! Он починил все сломанные светильники и настроил освещение во всём доме, а так же наладил подачу воды в прачечной! Прошу тебя, поговори с ним, пожалуйста, не согласится ли он время от времени проверять исправность освещения и при необходимости осуществлять ремонт? Полную конфиденциальность мы ему обеспечим, я лично гарантирую, что его репутация не пострадает!

— Я обещаю, что поговорю с Александром. А вот какое он примет решение…

Хозяйка борделя понимающе улыбнулась и поспешила прочь, оставив меня возле последней двери в конце коридора, по обе стороны которой почётным караулом стояли пажи. Я щёлкнула пальцами, привлекая их внимание и одновременно выставляя вокруг нас троих Полог тишины:

— Докладывайте.

Микки сбил несуществующую пылинку со своего котелка, всем видом выражая крайнюю скуку:

— Совершенно ничего интересного. Привезли барышню, оставили с женихом наедине. Пятнадцать минут они выясняли отношения, полчаса мирились, несколько раз обнимались и раза три целовались. Судя по тишине, сейчас опять в гляделки играют. Насмотреться друг на друга не могут. Тьфу! Лучше бы ругались, и то интереснее было бы.

Я повернула голову в сторону второго пажа. Рикки вытащил из-за пазухи стопку листов и протянул мне:

— Госпожа Ри, вот проект брачного договора.

Я кивнула в ответ и начала читать:

— Так. Договор между… Сторона, именуемая «жених»… Имя, фамилия, дата рождения, место рождения, должность… Сторона, именуемая «невеста»… Согласно Дару, выраженному в устной форме… Так, тут вопросов никаких. Далее. … любить, ценить, уважать… Рикки, а это что?

— Раздел «Права и обязанности сторон».

— Я вижу. А вот ЭТО что?! — я подчеркнула ногтём один из пунктов, тут же выделившийся более жирными чернилами.

Паж вытер рукавом моментально проступившую на лбу испарину и прочёл вслух:

— Сторона, именуемая после подписания брачного договора «муж», обязуется каждое утро воскресенья приносить стороне, именуемой «жена» свежеиспечённые пряники с молоком непосредственно в постель…

Слева заржал Микки. Рикки стушевался, нервно сминая поля своего котелка:

— Я подумал, ну, это мило… И проявление внимания и заботы…

— Я б им другое вписал… Чтобы каждое утро у них начиналось с… — вытирая слёзы не унимался Микки.

Рикки окончательно стал пунцовым до самых кончиков ушей.

— А ну прекратить! Только твоих скабрезных шуточек мне сейчас не хватало! — я сжала ноющие виски обеими руками. (Похоже, что этот день никогда не закончится), — Микки, ещё одна подобная выходка и ты у меня на месяц лишишься выходных и сладкого! А чтобы не шлялся без дела, будешь полы драить трижды в день, во всём доме. Ежедневно!

Рыжий насупился и отошёл обратно к двери, бормоча под нос:

— Сами вы пошлые, я цветы имел ввиду. Свежесрезанные. Девочки такое любят…

Я медленно выдохнула, гася зарождающийся гнев. Нельзя давать эмоциям так сильно проявляться, нельзя. Чревато. Прислушалась к себе. Вроде тихо. Повернувшись к Рикки, я вернула ему черновики:

— Прости, я не хотела тебя обидеть. В целом всё хорошо, только вот пункт про пряники предлагаю убрать. Мало ли Лисса их терпеть не может. Эту информацию мы ведь не уточняли, верно? Вот именно. И про цветы добавлять тоже не стоит, вдруг у неё аллергия.