Возможно, у самих Охотников такие способности и были, - но кто ж об этом расскажет.

Сетка, разделяющая пространство перед ним на равные части, - мешала. Поначалу очень сильно. Несмотря на то, что была почти полупрозрачной.

А потом гоблиненок понял, в чем она может помочь.

Когда он концентрировал свое внимание в каком - то определенном секторе, прищуриваясь и напрягая глаза, - сетка помогала не потеряться в мелочах, - оставляла общий фон. Но по мысленному усилию он мог в миг вернутся к обычному зрению, хватаясь за сетку как за костыль возвращающий в привычную реальность..

Нужно было только об этом думать, не забывать. Однако, если рассмотреть предметы вдали зрение помогало, то вблизи оно только мешало. Все размывалось, покрывалось мутной пленкой, и от этого состояния никак не получалось избавиться. Однако, гоблиненок был уверен, что и вблизи глаза должны работать так же как и вдали. Просто он еще не понял, как именно это делается.

Весь следующий час мальчик учился переключать глаза, чтобы это происходило быстро и по малейшему желанию. Хватило его только на час экспериментов, после этого глаза устали, будто в них сыпанули горсть песку. Захотелось вернутся к обычному зрению и все. Дать глазам покой.

Наигравшись с новым умением, он решил заняться другим, - рисованием. Но для этого он все равно хотел использовать глаза. Поэтому весь следующий час он сидел и отдыхал. Ждал, пока глаза перестанут гореть как от недосыпа.

Найдя с десяток подходящих камней, твердых и острых одновременно, - он приступил к рисованию.

Возникало некоторое неудобство, когда он присматривался к тому, что хотел срисовать. Приходилось каждый раз дополнительно напрягать взгляд, иначе зрение терялось, возвращалось к обычному, но вскоре Зур”дах приловчился.

Зато то, что получалось на полу…получалось неожиданно на порядок лучше того, что он рисовал раньше.

Мальчик смотрел, рука выводила, - если раньше он постоянно поглядывал на то, что получалось, то теперь он был сосредоточен исключительно на самом взгляде и ни на чем другом. Рука теперь работала интуитивно.

Погрузившись еще больше в процесс рисования, и совсем не обращая внимания на привычные расчерченные квадраты, - Зур”дах естественно и не заметил как кое-что изменилось. Он стал ощущать глаза иначе. Не по гоблински. А как...какое-то насекомое.

Кроме расчерченных прямоугольников, от ящера на которого он смотрел, теперь шли дополнительные горизонтальные линии, из каждой точки существа.

В какое-то мгновение разглядывания этих линий гоблиненок понял, почему прежние рисунки получались такими плоскими, почему они были схематичны и не отображали реальности, в то время как ящер перед ним был объемным, - бери и рисуй.

Раньше он не понимал, как этот объем выглядит, как его перенести на пол. Теперь же, появившиеся дополнительные линии идущие прямо к Зур”даху показали, как этот объем создать на полу, в рисунке.

Он наклонял голову вправо, влево, вбок, - присматривался, - линии соответственно его повороту головы чуть изменяли положение. Но все равно шли от каждой из граней ящера.

Гоблиненок никогда раньше не задумывался о том, под какими углами нужно рисовать и видеть предмет, - просто срисовывал настолько точно, насколько мог. Теперь же зрение и линии показывающие объем что-то перевернули в его голове, добавили понимание, которое ранее отсутствовало.

Он вернулся к нормальному зрению и посмотрел на рисунок еще раз.

Стер первое изображение ящера, и сделал быстренько несколько новых.

Получалось все лучше и лучше. Линии стали точнее, однако в этот раз он поставил себе задачей именно передать объем.

Время шло, а пространство пола вокруг него покрывалось изображениями ящеров. Остановился гоблиненок лишь когда понял, что глаза начинают отказывать.

Как он их не напрягал, они только начинали еще больше болеть, а зрение оставалось обычным.

Пора, — подумал он.

Даже рука, и та устала держать камешек. Когда Зур”дах выпустил его, то понял, насколько же болят костяшки которые сжимали его.

Размяв затекшие ноги,он проверил не потерял ли мамино зеркало. На месте. Как и угольница, которую он теперь всегда брал с собой перед тем как куда-нибудь выйти.

А вот светляка он забыл дома.

Ящеры разбрелись по окраинам, кто лежал, кто привалился к камням, а кто пытался взобраться на стену, - правда безуспешно. Зур”даха интересовало другое, - увеличилась ли его скорость, сила, крепость его тела? Все то, с помощью чего одолевал его Саркх. То, что реально полезно и применимо в драке.