Периодически гоблиненок и сам оглядывался, проверяя, не уцепилась ли за ними какая-нибудь мелкая тварь. Пару раз на него выскакивали небольшие черные жучки, размером с мошек. С ними он справлялся легко — просто прихлопывал прямо об стену.

Мох стал давать чуть больше света, а тоннель продолжал петлять.

Путь по этому тоннелю продлился еще несколько часов, пока они наконец не пришли к сети связанных друг с другом небольших пещерок.

Тут Драмар остановился.

Он держал посох наизготовку и проверял каждую из ближайших пещерок. Дети осторожно следовали за ним не отставая. В двух пещерках ему пришлось пустить в ход свой посох — там обитали крысы размером с Каю. Никаких шансов против старика у них, конечно, не было. Взвизгивая и получая болезненные удары они удрали через дыры в полу.

— В этой отдыхаем. — сказал Драмар и они зашли в пещерку, где не было дыр, нор, и крупной живности, и куда легко поместился весь их отряд.

Зур”дах упал на пол, растянувшись всем телом. Только теперь он ощутил, насколько же ныли и устали ноги, бурдюк он откинул.

Рядом поплюхались остальные дети.

— Как я устала… — раздался голос Каи.

— Я тоже…

— И я…

Зур”дах приподнял голову, и посмотрел на своих соплеменников. Все были настолько вымотаны, что просто лежали на полу, ничего не говоря. Ему тоже не хотелось двигать ни одной частью тела:ни рукой, ни ногой, да даже голову поднимать не хотелось. Он только глотнул воды из бурдюка, это все на что его хватило.

Сколько он так пролежал он не знал. Ощущение времени исчезло и он начал засыпать, как что-то его отвлекло. Через мгновение он понял что именно. По ноге что-то ползло, какое-то мелкое насекомое. В обычной ситуации он бы его прихлопнул не глядя, но сейчас не хотелось ни двигаться ни совершать резкие движения.

Он глянул вниз. Действительно, по ноге полз небольшой, размером с ноготок, паук.

Пусть ползет. — подумал он.

Паук, нисколько не боясь что его просто прихлопнут, пополз сначала по ноге, затем поднялся выше, на живот, а после и вовсе переполз на руку. Гоблиненок не стал его стряхивать, просто поднял руку перед собой и внимательно посмотрел на этого серого паучка. Ему вдруг стало интересно, как тот выглядит вблизи, если взглянуть на него своим увеличенным зрением. Он понял, что пауков-то, ни разу не разглядывал пристально.

Зур”дах даже не переключая зрения рассмотрел мохнатые лапки, толстое брюшко, и глаза…восемь чернильно-маслянистых глаз.

А что если…– подумал он, — Если все-таки глазами…

Он осмотрелся вокруг — все отдыхали и до него никому не было дела. Можно было использовать глаза не боясь.

Зур”дах активировал свои глаза и соприкоснулся с паучком взглядом.

Странное ощущение возникло как в нем, так и везде вокруг.

Зрение будто сработало наоборот. Мир кувыркнулся, посерел и размылся. Он оказался в замкнутом пространстве без четких границ и по этому пространству концентрическими кругами расходилась белая паутина. Странные, неразборчивые шепотки раздались внутри головы Зур”даха. Обрывки мыслей, инстинктов, желаний. Все эти мысли были, или казались крошечными как песчинки, и были нанизаны на нити этой белой паутины, оплетающей этот сжатый мирок.

Мысли-желания-инстинкты располагались каждая на отдельной ниточке-паутинке, и все они сходились к центру, к крошечному серому сгустку, который управлял всеми этими ниточками. Бусинки мыслей двигались то прямо, то кругом, то, казалось, вообще застывали, а затем продолжали свой хаотичный путь рано или поздно приводящий к центру паутины.

Сознание паука. — понял гоблиненок.

А что если…Может…

Своей волей, которую гоблиненок ощущал вполне осязаемо, он дернул за одну из ниточек, потревожив сознание паука. Тот немного испуганно забарахтался в центре паутины, не совсем понимая что же произошло, и откуда пришло ощущение постороннего присутствия.

Дождавшись пока паук успокоится, Зур”дах дернул за паутинку еще несколько раз, очень осторожно, и теперь сознание паучка никак не реагировало на это воздействие. Вернее, просто приняло их за свои тревоги.

Довольно скоро Зур”дах понял, как направлять мысли паука в нужное русло, вернее… добавить к ним свои, свой мысленный импульс. Он просто попробовал и получилось.

Мысли текли из паутинки к сознанию, в центре паутины, и нужно было не трогать паутину, а просто добавить мысленный приказ к бусинке, чтобы он дошел внутрь. Тогда он принимался паучком как свой.

Еще через пару мгновений Зур”дах понял, где, собственно, находятся органы чувств паучка, и потыкавшись то в нюх, то в тактильные ощущения лапок, наконец нашел глаза и сумел смотреть вместе с паучком — одновременно.

Мир воспринимался иначе: выпуклым, неравномерным, составным, сегментированным.

Зур”дах увидел чужими глазами самого себя — вот только он не сразу понял, что это огромное зеленокожее существо и есть он; осознание пришло через пару мгновений, когда он уже ориентировался в новом взгляде на мир. Он видел себя лежащим с открытыми глазами и поднятой рукой с паучком.

Паук задвигался и беззастенчиво пополз по нему, наверх, на голову, а затем переполз на стену. Все звуки окружающего мира были словно приглушенные несколькими подушками.