— Дубовая Аллея, — Юлия кивнула в окно.

Вековечные гиганты, видевшие первых князей и возможно даже волхвов, возникли внезапно, окутали густой тенью, словно провожая внимательным взглядом. Каждое накрывало облако непонятной магии, замешанной на жизни и смерти.

— Говорят в древности волхвы живьем в них помешали преступников, нарушивших законы богов, — тихо произнесла княжна.

По моему лицу скользнула усмешка.

— Уверен законы волхвы придумывали сами, как и правила их исполнения.

Юлия усмехнулась.

— Ты быстро понял правила игры. Да, в легендах много сакрального смысла, но почти все придумали люди, — она помолчала. — Но пытаться вредить этим деревьям я все же поостереглась бы. Слишком много в свое время в них вложили убийственной магии, в том числе замешанной на человеческой крови.

Вспомнились выложенные в странных позах тела на станции метеонаблюдения. Язычество дожило до информационного века, и его последователям было плевать на технологии и науку.

— Прикончить бы их всех, — пробормотал я, сам не зная кого имею ввиду.

Юлия странно покосилась, но ничего не ответила. В этот момент машина остановилась. Хлопнули дверцы, вышел водитель, следом сидящий рядом телохранитель. Оба заученно придержали нам с княжной двери. Машины сопровождения остались в начале дубовой аллеи, куда им хода нет.

Лимузин остановился на открытой площадке, отсюда была лишь одна дорога — наверх по широкой каменной лестнице. Кивком отпустив охранников, Юлия повернулась ко мне.

— Отсюда ты пойдешь сам. Таковая традиция.

Я кивнул, вчера весь вечер, мне рассказывали о порядке прохождения пути в Собор.

Каменные ступени, побитые ветром, временем и дождем. Каждая символизирует один род, на каждой изображен герб одного из кланов. Темный цветок Голицыных, словно сотканный из лепестков мрака, оскаленная волчья морда Волков-Русов, замысловатый ни на что не похожий знак Вяземских, расправивший крылья сокол Бельских и многие-многие другие. Шуваловы, Старицкие, Дашковы, здесь были все.

По этим ступеням поднимались множество раз, в разные времена и разные эпохи. С другой стороны холма есть более удобная подъездная дорога, больше того на вершине имелась вполне современная вертолетная площадка и даже не одна, но традиции требовали, чтобы первый раз новый князь прошел путь до конца, показывая общность с Советом.

— Я буду ждать внизу, — Юлия выглядела спокойно.

— Даже если меня там убьют? — я посмотрел на княжну.

Она поморщилась.

— Тебя не убьют.

Фраза заставила на секунду задуматься.

— Твоя уверенность случайно не связанна с ранним замечанием о возможных проблемах с Европой? Полагаешь князя не захотят терять мощь Северного Удела перед потенциальной войной?

Княжна пожала плечами.

— Считай это интуицией, — сказала она и направилась к лимузину.

Я посмотрел ей вслед, мысленно хмыкнул и повернулся к ступеням. Предстояло пройти долгий путь, прежде чем предстать перед Советом. Надеюсь, интуиция сереброволосой красавицы не подвела, и меня действительно сегодня не убьют.

12.

Подъем и правда оказался долгим. Выбитые символы кланов мелькали перед глазами, а ступени, казалось, не заканчивались. Пару раз оглянулся назад, позади раскинулся город, видный отсюда в малейших подробностях. Холм, где стояло главное здание Совета доминировал над столицей подобно громаде, заметный из самых дальних окраин.

Наконец последняя ступень позади, ноги шагнули на каменную площадку, почти точную копию, лежавшую у основания лестницы. Я поднял голову разглядывая монументальное строение перед собой.

— Невероятно, — губы прошептали сами собой, взгляд не отрывался от гигантских стен, упирающихся в небо.

Не зря его называли Собором, издалека он выглядел именно так, но вблизи впечатление многократно усиливалось. Место поклонения силы. Место власти. Цельный монолит без всяких зазоров. В своем время его строили не зодчие, в отличие от разбросанных на склонах родовых поместий, являющихся произведением архитектурного искусства, а маги — патриархи-основатели кланов. Первый и последний раз столько разнообразных стихий, порой враждебных друг другу объединялись между собой для создания нечто великого.