— Я еще не завтракала, а время уже почти полдень, — оправдалась Динка.

— А мне со вчерашнего дня кусок в горло не лез, — пробубнил Хоегард с набитым ртом.

— Зато сейчас прекрасно лезет, — фыркнул Тирсвад, с улыбкой глядя на повеселевшего Хоегарда.

— У вас пикник на свежем воздухе? А можно к вам присоединиться? — к ними подошла Лада и, не дожидаясь приглашения, уселась рядом с Тирсвадом напротив Динки и Хоегарда.

— Попробуй присоединись, — проворчал Тирсвад. — Вот только еды тебе скорее всего не достанется.

Динка приветливо ей кивнула. Хоегард скользнул по ее лицу вежливо-безразличным взглядом.

— А мне и не надо, — хихикнула Лада. — Я уже пообедала. Динка, ты уже начала читать книгу, которую я тебе дала?

Динка помотала головой.

— Книгу? — заинтересовался Хоегард. — Это какую?

— Динка, покажи, — попросила Лада.

Динка, неохотно положив на край тарелки недоеденный бутерброд, достала из-за пояса книжку со сказками и протянула ее Хоегарду.

— Хорошая книга, — одобрил Хоегард, быстро листая страницы и просматривая названия сказок.

— Почитаешь нам? — спросила Динка у Хоегарда. И все трое: Тирсвад, Лада и Динка — с надеждой уставились на него. Он обвел их снисходительным взглядом.

— Ладно уж, почитаю вам. Слушайте: «Далеко-далеко за синим морем, где…»

Хоегард читал с выражением, живо и увлекательно, как будто сам рассказывал историю, увлекая их в волшебный мир магии и сказочных существ. Девушки слушали с широко открытыми от удивления глазами. Даже невозмутимый Тирсвад затаил дыхание, внимая завораживающему голосу товарища.

К ним беззвучно приблизился Вожак и тихо опустился на палубу рядом с Динкой. Она в который раз подивилась тому, как он незаметно передвигается.

— Дайм… — прошептала Динка, намереваясь извиниться за свои вчерашние слова. Но он ласково улыбнулся ей и прижал палец к губам, призывая продолжить слушать сказку. Динка кивнула, решив отложить выяснение отношений на потом, и прильнула к Дайму, прислонившись к нему и положив голову ему на плечо.

Корабль быстро рассекал морские просторы, оставляя за кормой пройденные мили, солнце клонилось к закату, а для увлеченной компании время за чтением сказок пролетало незаметно.

— Все, устал, — пожаловался Хоегард, откладывая книгу. — Пойду воды попью, а то в горле пересохло.

Тирсвад тоже поднялся вслед за ним и ушел на свое излюбленное место на корме, где он занимался тренировками.

Динка и Лада остались с Даймом.

— А что ты все время вырезаешь из дерева? Покажи нам? — попросила Динка у Дайма.

Дайм улыбнулся и полез в карман. Он достал оттуда две фигурки диковинных зверей с длинной шерстью, когтистыми лапами, зубастой пастью и рогами на голове.

Лада с недоумением вертела в руках фигурку зверя, вставшего на задние лапы. У этой фигурки не было рогов, но зубы и когти были в два раза длиннее.

А у Динки в глазах вспыхнуло узнавание, как только она взяла рогатую фигурку в руки.

— Это варрэн! — с благоговением прошептала она, разглядывая фигурку со всех сторон.

Дайм с улыбкой кивнул.

Игрушка была вырезана очень тщательно, с любовно выведенными прядками длинной шерсти, с большими выразительными глазами и остро отточенными клыками.

— Варрэн? — переспросила Лада. — Это кто?

Динка посмотрела на Дайма, но он молчал.

— Это такие сказочные существа, — неопределенно проговорила Динка. Она еще не вполне доверяла Ладе, чтобы раскрывать ей такие секреты.

— А это Варрэн-Лин, — пояснил Дайм, вынимая безрогую фигурку из рук Лады и передавая ее Динке. Динка с интересом разглядывала клыкастую морду.

— А почему у нее только один варрэн? — спросила она, хитро поглядывая на Дайма.

— Еще не успел вырезать остальных, — смущенно отвел он глаза. Динке было так забавно видеть смущение на его суровом лице, что возникло жгучее желание прижаться губами к его губам. Но присутствие Лады остановило ее, и она ограничилась легким поцелуем в щеку.

— Можно я оставлю их себе и буду с ними играть? — спросила она у Дайма.

— Конечно, — кивнул он. — Я их для тебя вырезал. И еще троих вырежу, если ты хочешь.

— Хочу! — Динка сложила руки в молитвенном жесте, вызвав усмешку на его лице.

— А ты на меня не сердишься? — спросила она вдруг, вспомнив о своей вине. Дайм строго свел брови на переносице.

— Сержусь, конечно! Как я могу на тебя не сердится после всего, что ты вчера устроила? — произнес он, поднимаясь. — Если ты хочешь еще об этом поговорить, то потом подходи ко мне.