Вода оказалась неожиданно теплой, но мне было не до наслаждения купанием. Клинок причинял змею боль, но его длины было недостаточно, чтобы нанести монстру непоправимый ущерб. Тьма обволакивала раны морской твари, запуская процесс бешеной регенерации, а мы, тем временем, неслись в глубину. Хорошо хоть змей не пошел в пучину вертикально вниз: то ли не додумался, то ли глубина не позволяла. Сделай он так — и меня очень быстро расплющило бы давлением. Впрочем, и без того на башку давило неслабо, и было понятно, что времени у меня осталось совсем немного. Или воздух закончится, или сознание потеряю. Морт раздери, что же делать?

Решение пришло внезапно. Не пытаясь рассчитать вероятность успеха, я отпустил меч, обхватил шею змея обеими руками и активировал «Электроразряд».

Заряд в тысячи вольт прошил подводную тварь, и я почувствовал, как змей дернулся. Не нравится ублюдок, да? Хорошо! Давай-ка усилим мощность!

Я пер в глубину на шее обезумевшей твари и не прекращал бить ее током, нещадно расходуя запасы эфира в Источнике. Однако выбора не было. Я продолжал наращивать поток, и змея уже натурально колотило. В тот момент, когда легкие уже разрывались от нехватки воздуха, я в панике выдал особенно мощный импульс, змей содрогнулся и замер. Я активировал «Биологическое сканирование», прощупал пространство вокруг и мысленно издал победный клич. Получилось! Я выжег Тьму из одержимой твари! Выдернув из раны Клинок, я деактивировал его, и, оттолкнувшись ногами от тела твари, рванулся вверх, туда, где далеко-далеко над головой сквозь толщу воды едва просматривалось солнце.

К счастью, мне повезло: ощущение глубины оказалось обманчивым, змей опускался вниз быстро, но полого. Несколько энергичных гребков — и я вырвался из объятий водной стихии. Лихорадочно хватая ртом воздух, я замолотил руками, пытаясь удержаться на плаву. В ноги что-то ткнулось, и я вскрикнул. К счастью, это оказалась лишь всплывающая туша мертвого змея. Истерзанная Клинком шея закачалась на волнах, и я обхватил ее, словно потерпевший кораблекрушение — сломанную мачту. Фух. Нормально. Так продержусь. Если, конечно, не подоспеет новая тварь. Фуф, не надо, пожалуйста! Второго змея я уже не потяну…

Оглядевшись, я немного успокоился. Стрельба стихла, у далекого силуэта «Форели» на волнах покачивалось еще одно мертвое тело проклятой твари, а «Нерпа», сделав разворот, на полной скорости мчала ко мне.

Еще минута — и крепкие руки вылавливают меня из воды и затаскивают в лодку. Оказавшись на палубе, я вяло отбился от набежавшей на меня Корал, и, отпихнув одного из наемников, кулем рухнул на скамью.

— Слушай, волшебник, а у тебя с башкой вообще как, нормально? — поинтересовался Рок. В тоне наемника при этом отчетливо прослеживалось неподдельное восхищение. — Вот это ты выдал…

— Было бы нормально — дома б сидел, — выдавил я, стягивая с себя разгрузку. Костюм, подаренный Эй-Рихом, отработал на отлично, и, к моему удивлению, даже воду не пропустил, а вот в многочисленных карманах и подсумках хлюпало. Как меня все это добро на дно не утащило?

— «Нерпа», прием, что у вас? — затрещала рация. Я махнул Року, и тот протянул мне тангенту.

— «Мурена», здесь «Нерпа». У нас все нормально… — я покосился на вырванную с мясо турель на корме и заляпанную кровью палубу, и поморщился. — Почти нормально. Тварь мертва. Готовы продолжать движение.

— Отлично, «Нерпа». Нам тоже удалось справиться. Подходите ближе и двигаем к острову. Осталось немного.

— Так точно, «Мурена». Подходим к вам, — кивнул я, и подал Кресту знак, поехали, мол. Седой наемник молча кивнул, и катер, медленно набирая ход, двинулся вперед. Туда, где совсем рядом клубился черный туман, скрывая в своих объятиях очертания острова.

Твою мечту, мы еще даже до острова не добрались, а уже чуть не погибли. А что ждет нас, когда мы высадимся? Я, конечно, прирожденный оптимист, однако здравый смысл подсказывал: ничего хорошего.

А в таких предсказания я, к своему глубочайшему сожалению, за время, проведенное на Авроре, пока что не ошибался…

Приблизившись к острову, катера сбавили ход и выстроились в одну линию. Я изо всех сил вглядывался в темную хмарь, граница которой проходила практически четко по прибрежной полосе, и с каждой секундой мне все больбше не нравилось происходящее. Во-первых, при попытке заглянуть в черный туман, начинала болеть голова и слезились глаза, сознание охватывала необъяснимая тревога, и больше всего хотелось развернуть лодку и на всех парах дунуть назад, в такой спокойный и безопасный Водоворот, а во-вторых… Во-вторых, за пеленой тумана удавалось кое-что разглядеть, и это кое-что напрягало еще больше. Во мгле различались ломаные, резкие движения, будто какие-то странные существа танцевали странный, сломанный танец… М-да. Вот же ввязался…

Катера заглушили двигатели, и теперь двигались к берегу по инерции. Вот нос нашей «Нерпы» пересек полосу тумана, исчезнув во мгле, и я невольно затаил дыхание, когда мрак поглотил стоящего на носу пулеметчика. Миг — и темнота окутала все вокруг нас, а через миг мгла рассеялась.

Не могу сказать, что стало сильно светло, но видно внутри пелены было гораздо лучше, чем снаружи. Мы оказались будто в туманных сумерках. С острова ощутимо тянуло гарью и озоном, но что больше всего привлекало внимание — зловещая тишина. Здесь не пели птицы, не шуршала листва, и, кажется, даже ветер притих, спрятавшись… Фу, блин… А еще… А еще у меня возникло довольно мерзкое ощущение: будто вокруг разлита прорва энергии, но вот впитывать ее совсем не хотелось. Она была не просто темная, она была порченая, и тянуть ее в себя — то же самое, что есть гнилую пищу, пролежавшую на солнце несколько дней.