К тому времени, как он сажает меня на пассажирское сиденье своего грузовика, пристегивает мой ремень безопасности и грузовик набирает скорость по дороге, я, наконец, очухиваюсь от своего шока.

Что за…

— Ты же не похитил меня? — Кричу я.

— Ты чертовски права, я так и сделал, Дикая Кошка. Меня тошнит от того, что ты игнорируешь меня, убегаешь и, черт возьми, прячешься. Сегодня вечером мы поговорим, и ты ни черта не можешь с этим поделать. — Он включает радио погромче, и «Последняя надежда» Papa Roach’s разрывает тишину.

Очень тонко, Бек.

У меня нет другого выбора, кроме как присоединиться к поездке, и я начинаю готовиться к предстоящей схватке.

Глава 5

Когда он въезжает на подъездную дорожку, я распахиваю дверь и топаю по каменной дорожке к ярко освещенному крыльцу. Наблюдаю, как он направляется к двери, качая головой с этой чертовой ухмылкой на лице, и мне хочется кричать. Мой гнев достиг точки невозврата, и все, что я хочу сделать — стереть это выражение с его лица. Затем поцелуем прогнать боль. Боже, меня так достало мое собственное постоянное мысленное перетягивание каната с этим человеком.

— Для тебя это игра, Бек?

Секунду он выглядит шокированным, прежде чем его взгляд становится жестким. Поворачиваясь, чтобы отпереть дверь, он придерживает ее открытой, чтобы я могла пройти, прежде чем он последует за мной. Бросив ключи на стол, он отключает систему безопасности, прежде чем посмотреть на меня. Его взгляд по-прежнему тяжелый, а тело напряжено.

— Какую часть ты считаешь игрой? Ты отказываешься быть чем-то большим, чем девушкой на ночь? Не отвечаешь на звонки, потому что я беспокоюсь о тебе? Нет, подожди, я понял. Должно быть, настал тот момент, когда я сказал тебе, что хочу большего, чем быть просто предметом для почесывания и членом, на котором можно покататься. Пожалуйста, скажи мне, Ди, потому что, хоть убей, я не могу понять, в какую игру я мог бы играть с тобой!

О, Боже мой. Никогда. Ни разу за те месяцы, что я знаю этого человека, он не кричал на меня. Стоя здесь, прямо сейчас, глядя на его безумные глаза и раздувающиеся ноздри, я хочу дать себе пощечину за то, что взяла такого сильного мужчину и уничтожила его. Он этого не заслуживает. Он заслуживает женщину, которая может любить его свободно. Женщину, которая не будет ждать, пока упадет вторая туфля, и идеального мужчину, который превратится в идеальный кошмар.

Он заслуживает лучшего. И как бы сильно мне ни хотелось быть таким человеком, я знаю, что это не я.

— Я не знаю, что ты хочешь, чтобы я здесь сказала. — Несмотря на то, что мои слова произнесены шепотом, судя по выражению его лица, я с таким же успехом могла бы просто прокричать их ему. — Я не думаю, что способна быть тем человеком, которым ты хочешь меня видеть.

— Ты серьезно? Я не хочу, чтобы ты была кем попало, Ди. Я не сижу здесь и не требую, чтобы ты была кем-то еще, кроме СЕБЯ. — Он подходит ко мне делая каждый размеренный шаг медленно и уверенно. Его руки расслаблены, а тело кричит о комфорте. — Все, чего я хочу — тебя. — Подчеркивает он своим глубоким бархатным голосом, ласкающим мои уши и согревающим мое сердце. Если у кого и есть сила заставить меня поверить, так это у человека, стоящего прямо передо мной.

Когда его легкие, как перышко, поцелуи танцуют на моем лице, это почти уничтожает меня. Он берет мою голову в свои большие ладони и наклоняет ее, чтобы ему было удобнее. Я смотрю в его умоляющие глаза и молча прошу его остановиться.

— Я так боюсь тебя, Джон Беккет.

Его глаза на мгновение расширяются, прежде чем эмоция, которую я видела несколько раз, отражается на его лице. Он смотрит на меня так, как будто я — весь его чертов мир, и он не боится признать это.

— Со мной тебе нечего бояться. Ни черта. Ты уже несколько месяцев держишь меня в напряжении, Ди. Борьба за тебя, за нас и за эти отношения может временами сводить меня с ума, но я хочу этой борьбы, если она закончится с тобой в моих объятиях. — Между его словами и успокаивающим обещанием я обнаруживаю, что смягчаюсь. Осознание того, что это может выплеснуться мне в лицо и еще раз доказывает, что я права насчет мужчин, меня даже не беспокоит. Я жажду его так же сильно, как он жаждет меня.

Его губы встречаются с моими, и этот поцелуй полон каждой крупицы любви, в которой он пытался убедить меня, но я слишком боялась увидеть это. Я все еще в ужасе от неизвестности, но когда смотрю в его глаза, я знаю, что он имеет в виду то, что говорит. Я чувствую, как эмоции захлестывают меня, захлестывают с головой, и больше всего на свете я хочу поверить ему.

— Скажи мне, что ты моя. Скажи, что перестанешь убегать и так усердно работать над этими чертовыми стенами. Просто попробуй. Это все, о чем я прошу, пожалуйста. — Он даже не дает мне шанса ответить ему. Подхватив меня на руки, он несет меня вверх по лестнице, по коридору в свою спальню, не отрывая свои губы от моих. Он мягко укладывает меня на матрас и продолжает смотреть на меня горящими глазами, просто вбирая меня в себя. Я привстаю, чтобы сесть и снять одежду, но мои движения, должно быть, выглядели как очередная попытка к бегству, потому что он легко кладет руку мне на грудь, его глаза умоляют. — Пожалуйста, Ди. Рискни, я клянусь тебе, детка, ты не пожалеешь.

Глубоко вздохнув, я смотрю ему в глаза и выдерживаю его взгляд. Да, я безумно напугана, но если я уйду отсюда сегодня вечером и откажу ему в этом, я знаю, что буду сожалеть об этом до самой смерти.

— Я постараюсь. — Улыбка, появляющаяся на его лице, заставляет мое сердце замереть. В уголках его глаз появляются морщинки, и исчезают все следы беспокойства. Он выглядит как человек, которому принадлежит весь мир. И в эту секунду я чувствую себя легче, чем когда-либо за последние годы. Я чувствую, что весь мир принадлежит мне.