Все изменилась после Последнего полета Сокола, когда была убита императрица Мив и на престол, после десяти лет войны, взошел Иван Грифон. С тех пор статус дрессировщиков грифонов на законодательном уровне стал где-то между простолюдинами и благородными. С одной стороны они, как и аристократы, почти не облагались налогами, что делало их довольно самодостаточными по сравнению с другими представителями третьего сословия, а с другой они все еще должны были подчиняться благородным, не обладая правом голоса и проходя по делу крестьянских и мещанских судов.

Правда в силу особенностей их жизни им на такие обязанности и привилегии было плевать с высокой колокольни. Все дело в том, что жили приручители в глубине диких гор, ведь только там могли расти и тренироваться грифоны. Поэтому ни сборщики налогов, ни аристократы не могли так просто до них добраться.

По сути, единственной причиной почему дрессировщики продолжали верно служить империи, а не послали ее лесом, была защита от магических тварей, которой герцогство обеспечивало, и понимание, что сделай они так, сюда быстро доберутся элитные силы империи и выжгут их деревни дотла.

«Хорошо что они это понимают» — Подумал я, смотря как группа детишек одного со мной возраста и, на удивление, роста бегала между домами и играла в местную вариацию салочек. — «С едой у них все в порядке, а вот с одеждой не очень. Нужно озаботится»

Это была вторая причина, почему я решил посетить эти горы. Мне нужно было увеличить популяцию боевых грифонов. Ведь если с ополченцами, стрелками, латниками, монахами и рыцарями я знал что делать, то с единственной нечеловеческой единицей в моей армии — нет.

Слишком специфической зверушкой был грифон, но его роль в войсках империи было отрицать глупо.

Начнем с банального — разведки. Именно на этих умных летающих животных и их дрессировщиках, которые с рождения учились владеть несколькими специфическими заклинаниями для работы со своими подопечными, держалась вся имперская разведка. Не будь их имперские полководцы были бы слепы как кроты, особенно против лазутчиков эльфов и наблюдательной магии волшебников.

Из полета вытекала вторая роль — связь. Артефакты дальней связи вещь редкая и не надежная, так что именно на грифонов ложится доставка почты и донесений во время компании.

Ну и наконец их боевая роль. Главное применение грифонов в бою это аналог земной авиации, а точнее бомбардировщиков. Наученные взлетать так высоко в небо, за пределы действия всех заклинаний, они, подобно сапсанам, за считанные секунды падали с небес и обрушивались на вражеский строй, нанося огромный урон не готовому к такому противнику.

Был конечно в такой тактике и минус — заклинание дрессировщиков, которое задало координаты удара, тоже не доставало до высшей точки их полета, так что командиру нужно было с умом выбирать место удара, что требовало не малого опыта и умений.

В общем, грифоны, наравне с другими, были важной частью человеческой армии, так что ничего удивительного, что я был заинтересован в увеличении их числа, особенно их элитных частей — Королевских грифонов.

— Вот и мой дом, милорд. — Вырвал меня из размышлений голос Годфрид, который подвел нас к большому двухэтажному дому, на пороге которого нас уже ждали. — Позвольте представить — это моя жена Алиса.

Жена старосты оказалась высокой голубоглазой женщиной, с длинной густой косой соломенных волос. Одетая в легкое хлопковое платье, кожаную жилетку и такой же передник, она была невероятно привлекательной особой, к которой сразу прикипели взгляды всех моих телохранителей.

«Кобели» — Подумал я, незаметно от Годфрид показав им кулак, пока тот продолжил говорить:

— И моя дочь — Айрис.

Только после этого стало заметно все это время прятавшуюся девочку, которая пряталась за спиной матери и была моей ровесницей. И если Алису легко можно было назвать писаной красавицей, которая точно бы привлекала внимание на любом пиру, то ее дочь уже сейчас показывала, что в будущем не только догонит, но и превзойдет в красоте мать.

— Мне приятно познакомится, леди. — Сказал я, в одно движение спрыгнув с лошади и изящно поцеловал ладошки матери и дочери. И если первая на это лишь улыбнулась и поблагодарила за то что назвал ее леди, то ее дочь лишь покраснела как маков цвет и опять спряталась за спину, под видимое недовольство отца.

Оставшийся день я провел отлеживаясь на выделенной для себя кровати и читая книги, которые мне положил Мельхиор. Ведь с завтрашнего дня нужно было начать внимательные расспросы старосты касательно грифонов, а также тайных путей, ведущих к алтарям с печатями.