Каждая из них словно отточила свой образ до мельчайших деталей. Прически, макияж, аксессуары — всё говорило о том, что они точно знали, как произвести впечатление. Их костюмы выглядели как с обложки глянцевых журналов: идеальные силуэты, модные оттенки, дорогие ткани. Казалось, что они пришли сюда не ради работы, а ради победы в неком негласном конкурсе.

Возможно, именно так в Москве и нужно было себя презентовать, чтобы тебя заметили. Эта мысль неожиданно обожгла меня. Я приехала сюда из глухой провинции, веря, что важны мои знания и опыт. Но сейчас, оглядываясь на этих девушек, я поняла, что здесь, в этом жестоком и амбициозном городе, внешность и первое впечатление могут сыграть решающую роль.

— Лучезара Лисовская, — произнесла я, подходя к девушке-секретарю, которая сосредоточенно что-то печатала на компьютере, почти не поднимая головы.

Она оторвалась от монитора и посмотрела на меня с таким удивлением, будто я нарушила священный порядок её утреннего ритуала. В её глазах на мгновение мелькнуло искреннее замешательство, и я увидела, как её пальцы замерли над клавиатурой.

— О, Лучезара, — произнесла она наконец, снова взглянув на экран перед собой и явно сверяясь с какими-то записями. — Ээээ…

— У меня назначено последнее собеседование на должность SMM-менеджера, — холодно и спокойно напомнила я.

Девушка, такая же безупречная, как и те, что сидели в приёмной, на мгновение растерялась ещё сильнее. Казалось, она не может соединить в голове и пары мыслей. Её идеально накрашенные губы чуть приоткрылись, и она, похоже, пыталась вспомнить, что ей нужно сказать.

— Ээээ… — она снова запнулась, быстро пробегая глазами по экрану. Я видела, как её брови сдвинулись в легком недоумении, а затем она наконец что-то нашла. — Вот, вижу вас в списке, но… — она прикусила губу, явно подбирая слова. — Видите ли, произошли некоторые изменения…

— Что, простите? — мои слова упали как льдинки. Я не собиралась этим московским снобам поставить меня в тупик, чувствуя, как начинаю закипать внутри.

Ответить она не успела: двери кабинета распахнулись и нам на встречу вышел высокий, молодой мужчина лет 35 в дорогом сером костюме.

— Дамы, — обратился он к девушкам, скользнув по ним холодным, ничего не выражающим взглядом — его совершенно не тронула их безупречная внешность и уверенность. Однако на мне взгляд задержался чуть дольше. — Я рассмотрел ваши резюме, Анжелика Баринова, Лариса Игнатова и Марина Ивашкина, вы пройдете собеседование у генерального директора, остальные девушки можете быть свободными.

Что? — мои щеки вспыхнули от ярости. Я проехала пол страны, оставила дом и стабильную работу для чего? Чтобы напыщенный сноб, даже не взглянувший на меня, через три минуты после появления отправил меня обратно?

Девушки начали подниматься с кресел, и в воздухе повисла тишина. Те, кто не услышал свою фамилию, молча поднимались и, стараясь сохранить лицо, направлялись к выходу. Но я не могла просто уйти. Внутри всё горело от унижения и злости. Я не для того преодолела этот путь, чтобы вот так сдаться, даже не попытавшись отстоять своё место.

Я сделала шаг вперёд, чувствуя, как дрожь негодования проходит по телу.

— Простите, — голос прозвучал громче, чем я ожидала. Мужчина, уже собиравшийся уйти обратно в кабинет, остановился и повернулся ко мне. — Меня не было в списке. Я — Лучезара Лисовская, и у меня было назначено финальное собеседование на должность SMM-менеджера.

Мужчина внимательно посмотрел на меня и щека его дернулась.

— Да. Лучезара…. Тут такое дело…. — он слегка замялся, — на ваше место человека мы взяли….

— Что? — от негодования я готова была, забыв все правила приличия, съездить ему по лощеной физиономии.

— Простите, — голос его стал мягче и в нем даже проскользнули сочувствующие нотки, — тут действительно произошло недоразумение. Вы полностью устроили все наши службы, однако окончательное решение выносил генеральный директор. И это — его решение…. Мне действительно жаль.

— Вам жаль? — фыркнула я. — Серьезно? А что, сказать об этом неделю назад было невозможно? Немота поразила?

— Лучезара Игоревна, решение было принято вчера, — мужчина выдохнул, и в его голосе появилась усталость. Ему, вероятно, тоже было нелегко передо мной извиняться. — Мы сами были удивлены, когда узнали. Понимаю, вам это неприятно слышать, но я ничего не могу изменить. Хотя…. Постойте…. У вас, если я помню, высшее образование? Высшая школа экономики? Верно?

— Да, — уронила я, стараясь поменьше говорить, и не сказать того, о чем потом пожалею.

— Вы знакомы с основами документооборота?