— Поторопись, детки, — говорит он, расстегивая молнию и ощупывая себя. — Я сейчас кончу… Хм!

Воздух вырывается из его легких болезненным, булькающим потоком, когда я поднимаю ногу и с силой ударяю каблуком ботинка ему в промежность. Он несколько раз судорожно вздыхает и, издавая слабое кряхтение, сворачивается калачиком, хватая себя руками за промежность.

Не теряя времени, я снова заношу ногу назад и со всей силы бью его под подбородок, заставляя упасть с койки.

— Сука! — хрипит он, отплевываясь.

Еще один удар в пах заставляет охранника судорожно втягивать воздух и ругаться.

Опустившись на колени, я роюсь в его кармане в поисках стяжек, которые нащупала, когда сидела на нем верхом. Схватив горсть, я быстро связываю ему ноги.

Охранник тянется за чем-то, и, зная, что у него есть способности, я не доверяю ему ни секунду и не трачу впустую ни единого движения. Я ныряю в том же направлении, пальцы задевают кусачки, и они пролетают по комнате, ударяясь о стену.

— А-а-а, говнюк. Из-под одеяла не вылезать. — Я встаю и прижимаю ботинок к его горлу. — Перевернись на живот, или у тебя на шее появится новая дырка, и ты будешь свистеть. Сейчас же.

Он чертыхается, затем переворачивается на другой бок.

Я опускаю колено прямо ему между лопаток, заламываю ему одну руку за спину и прижимаю ее своим весом. Я быстро хватаю его за другую руку, затем связываю их вместе. Я опускаюсь на колени над ним, близко к его уху.

— Ты мне кое-что расскажешь, — говорю я почти шепотом, сосредотачиваюсь, мысленно представляя, что могу заставить этого придурка делать все, что захочу, без сопротивления. — И ты сделаешь это тихо. Теперь перевернись и не двигайся.

Он поворачивается и остается совершенно неподвижным. Ничего не говорит. Не двигается. Но его глаза не отрываются от моих.

— Хороший мальчик. А теперь скажи мне, где мы находимся, — приказываю я.

— Исследовательский центр, — бормочет он. — Лаборатория.

— Какие тут исследования?

— Эксперименты, — говорит он. — С кровью.

— Чьей?

— Нашей, — бормочет он. — С твоей. Моей. Таких, как мы.

Картинка стала более четкой.

— Вампиров.

Он пожимает плечами.

— Где Валериан Аркос? — спрашиваю я.

Охранник молчит. Я мысленно толкаю его, даже не осознавая, как это делаю. Видимо, не очень приятно, когда тебе давят на мозги.

Он кричит.

Я быстро отпускаю.

— Я никогда его не видел, — говорит он, всхлипывая. — Он разговаривает со мной только в моем воображении. Говорит мне, что делать, чью кровь собирать.

— Сколько еще здесь людей?

— Не уверен, — отвечает он. — Может быть, две дюжины, а может, и одна. Они приходят и уходят.

Так быстро, я устала играть в эту игру. Мне нужны ответы.

— Где лаборатория?

— Выйдешь и налево.

Я натягиваю рубашку и бросаюсь бежать, толкая единственную дверь, которая ведет из комнаты в коридор. Здесь царит атмосфера старой средней школы, построенной в пятидесятые годы, с длинными коридорами и комнатами по обе стороны. Двери закрыты, и горит только верхний свет. Распахивая дверь за дверью, я ничего не нахожу. Никого. Будто здание заброшено.

Меня ударили сзади.

Не такое уж оно и заброшенное.

Я лечу… не в буквальном смысле, но тело отрывается от земли и ударяется о стену. Я падаю, перекатываюсь и вскакиваю. Рукой нащупываю на поясе клинок. Кладу его в ладонь и смотрю.

Четверо молодых вампиров. Трое мужчин и одна женщина.

Все четверо прыгают на меня одновременно.

Двумя быстрыми рывками я бросаю клинки в двух ближайших ко мне вампиров. Я могу сказать, что далеко мне не уйти… они быстры и почти настигли меня. И я бегу.

Я знаю, им будет трудно меня поймать.

Я бегу по коридору. Там темно, почти как в кромешной тьме. Я вижу дверь на лестничную клетку, врываюсь в нее и взлетаю по ступенькам. Через несколько секунд я уже на площадке третьего этажа, ударяюсь о металлическую решетку и открываю дверь.

Там в ожидании стоят еще шестеро молодых вампиров.

— Ты никуда не уйдешь, По, — говорит тот, что впереди, мужчина со светлыми волосами торчком. — Он позвал тебя сюда не просто так. — Он делает шаг ко мне. — Ты останешься ненадолго, дорогая.