– Леди Лобелия, какая встреча, – Аластар Баррет улыбнулся. Эта улыбка едва ли поддавалась описанию, было в ней что-то жуткое. Так могла бы улыбнуться змея перед смертоносным броском на жертву. Тяжелый взгляд зеленых глаз странным образом замораживал, заставлял замереть на месте, ощущая ледяные пальцы страха, стискивающие горло…

– Вы здесь из-за меня? – глухо спросила Хэлла, так и застыв в проходе.

– Магистры упасите, – усмехнулся он, – я только заглянул на чай к инспектору. Ответный визит вежливости. Признаться, я направил вам письмо с соболезнованиями, но, полагаю, в тот дом вы не возвращались и корреспонденцию не забирали.

Хэлла опешила. Во-первых, конечно, не возвращалась, а во-вторых, он соболезнует?

– Что ж, тогда повторюсь. Мне жаль, леди Лобелия, что вашу сестру убили. И жаль, что все замяли, представив как самоубийство… Прошу прощения, инспектор, надеюсь, вы простите мне, что в гостях у вас я разговариваю с другим человеком.

– Если дама не против, – ответил Уорд, чуть повернув голову. – Можете присесть. И… Лира, ты можешь идти, спасибо, что позвала.

Она замялась, но негромко ответила:

– Я буду с миссис Шепард в соседней комнате. Если понадобится помощь, зовите, я умею прятать трупы даже таких высокопоставленных засранцев.

Хэлла нервно сглотнула, косясь на Лиру. Говорить такое в лицо Баррету… Это смелость или глупость? Рие, впрочем, ухмыльнулся, Аластар тоже позволил себе легкую улыбку.

– Что ж, теперь, если позволите, я продолжу. Леди Лобелия, признаться, я ждал вас, но вы так и не пришли.

Внутри все похолодело от одного только взгляда Баррета.

– Ждали? Я полагала, вы сами найдете меня, чтобы… Избавиться.

– Зачем же мне от вас избавляться?

– Я освободила двух кирпичей, а Вэба убили…

– Мне не нужны кирпичи в том смысле, в котором они создавались моим отцом. Что касается ситуации… Сэр Дерек совершил ошибку. Вы ее исправили. А убив Дерека Вэба, месье Ришар, как и его друг, я полагаю, получили сатисфакцию за этот крайне неприятный случай. Леди Лобелия, если бы я счел это решение неприемлемым, Нея не выпустила бы вас из манора.

Хэлла выдохнула. Странно, с чего бы она вдруг так забеспокоилась о своей жизни, когда еще недавно хотела умереть?

– Видимо, вам недостает опыта, чтобы строить верные логические цепочки. Так или иначе, но наш договор, леди Лобелия, в силе.

– А если ваш договор мне больше не нужен?

– Вы вольны уйти. Я не держу никого, кто того не желает. Но думаю, что должен вам напомнить о том, кто убил вашу младшую сестру. Он помогает моему оппоненту, и, мнится мне, вы вполне могли бы захотеть отомстить. Или я ошибся?

Хэлла сглотнула. Отомстить Хэмлоку? Отцу?

– Вы не будете одна, и возможно, господа полицейские захотят посодействовать нам.

Уорд держался отстраненно.

– С чего вы решили, что мы пойдем на это?

– Потому что партия не завершена, инспектор. И вы, мой дорогой Флин, далеко не пешка. Как вы будете жить, строить семью с леди Лирой, когда против вас Корона? Для его милости вы – бельмо на глазу. Человек, который знает слишком много, человек, который все еще в системе и может несколькими действиями пошатнуть хрупкий статус короля. Он начал с вас, потому что до вас проще дотянуться, потому что вы на службе полиции, а значит, на службе его величества. После вас он возьмется и за остальных. Никто не хочет возвращения Рубиновой дамы, а тем более Аконита. Это для меня все закончилось, я свое взял. А король? Он в вечном шатком положении и с удовольствием бы избавился от кучки излишне осведомленных личностей.

Воцарилась тишина. Аластар собой явно был доволен, он откинулся на спинку стула, выдерживая паузу, и продолжил:

– Итак, леди и джентльмены, я не предлагаю вам помогать мне. Я предлагаю вам, леди Лобелия, месть, а вам, инспектор Уорд, спасение. Что касается вас, месье Ришар, вы сами вольны делать выбор.

– Какая любезность.

– Вы доказали свою полезность. И не стану притворяться, что, оставшись без вашего содействия, мы ничего не потеряем.

– И что же вы собираетесь делать, мистер Баррет?

Хэлла покосилась на Уорда, который специально выделил обращение, намекая на то, что Аластар потерял титул.

– Видите ли, король – человек зазнавшийся, но не совсем идиот. Он понимает, что, несмотря на то, что общество не принимает меня, я все еще имею немалое на него влияние. Далеко не все, кто был связан с лабораторией, предстали перед народным судом, и все они весьма влиятельны. Так что я в любой момент могу запятнать их честь, а потому со мной выгоднее договариваться. Кроме того, есть люди, преданные Барретам несмотря ни на что, а есть те, кто повинен в другом. Грязное белье есть у многих, а мой отец всегда предпочитал подстраховываться. Я тоже. Так что хочет Филипп или нет, но ему придется договариваться со мной, даже мной без титула.