– Эй! Ты хоть бы дверь закрыл.

– Мэри, - прохрипел Герб.
– Беги!

Она пошла к нему, но тут в дом ударил следующий порыв ветра, потом еще - Стекол в окнах как ни бывало.

– Аллин!
– закричал Герберт.
– Остановись!

Ветер захлопнул ему рот и, сорвав дверь с петель, ворвался в дом.

Томсон ничем не мог помочь жене: порывы ветра слились в один сплошной ревущий поток, не дававший ему встать. Он только полз"

Ветер сорвал с Мэриан халат. Потом" Герб обмер. Кожа Мэри растянулась и, не выдержав напряжения, лопнула. Расползлась. Ветер закружил лоскутья по комнате, разрывая их на кусочки. Мэриан осталась без кожи как скульптура в анатомическом музее.

Томсон уже не мог поднять головы. Но он видел, как начали отрываться мышцы, распадаясь на волокна. Кости вырвало из суставов. Мэриан исчезала на глазах.

Не выдержав напора, рухнул фасад дома, выгибая и ломая газовые трубы. Замкнулась электропроводка, и мощный взрыв разметал остатки коттеджа. Дом превратился в огненный факел.

Герб успел выползти на улицу, однако ветер догнал его. Налетел, перевернул на спину. И обрушился сверху, вдавив Томсона в асфальт. Томсон крепко сжал челюсти, но ветер, разрывая ноздри, проник в легкие и стал раздувать их, не давая Гербу выдохнуть.

Одежда превратилась в лохмотья, кожа лопалась" Грудная клетка взорвалась, будто начиненная динамитом, а глаза вдавило в глазницы.

Как ни странно. Герб не умер. С каждым последующим разрушением он чувствовал боль все меньше и меньше. А когда не выдержали кости черепа и мозги брызнули наружу, боль прекратилась и вовсе. Он ощутил какую-то удивительную легкость - словно воспарил над землей.

– Герб!
– не услышал - ему нечем было слышать, а как бы почувствовал слова, сказанные голосом Аллина.
– Ты теперь с нами!

– С нами, с нами!!!
– подхватили тысячи, десятки тысяч голосов, и Томсону показалось, что среди других был и голос Мэриан.

– С вами?
– мысленно переспросил Герб.

Нет, не мысленно... Слишком уж отличался он от того, что принято называть человеком. Душа - вот что более всего подходило для определения некоего сгустка энергии, каким он был теперь.

– Да, - подтвердил Алдан.
– Ты один из нас. Ты свободен от всего, что мешало тебе прежде и, в первую очередь, от своего тела. Ощути в себе эту силу - силу Ветра, и ты поймешь, какая это радость.

– Летим!
– вмешались другие голоса.
– Скоро Большая встреча! Надо торопиться!

Герб не успел опомниться, как был уже высоко над городом. Его наполняла необычайная легкость, неведомая ранее, и непередаваемое чувство восторга и блаженства. Он слился с остальными, такими же, как и он. Стал Ветром.

Улицы города с россыпью огней напоминали с высоты переплетения вен и артерий живого организма. В южной части города все еще бушевало пламя на месте бывшего дома Томсонов, и к нему спешили пожарные и полицейские машины, казавшиеся сверху букашками.

Ветер улетел прочь. Он направлялся к Гималаям - туда, где сходились дороги всех Ветров и где должна была состояться Большая встреча.

Ветер спешил.