“Да, я знаю, чего ты хочешь, итальянский придурок. Но это тебе дорого обойдется”.

Низкий голос рассмеялся. “Сколько?”

“Два миллиона. Я кое-кого предаю”.

“Ты ублюдок, но я соглашусь. Однако лучше сделай свою работу, или я приду за тобой и твоей семьей”.

Это было еще не все. Достаточно того, что интуиция подсказала мне, что у Вадима на спине есть мишень, готовая взорваться. Когда я попыталась скачать файл, что-то остановило меня, другой вид брандмауэра. Черт. Я немедленно отключила его, сделав глубокий вдох. Еще кое-что. Переведи пятьсот тысяч долларов с одного из счетов, на которые, предположительно, мало кто обратит внимание. Джошуа пообещал мне десять процентов сверх моего обычного гонорара, но я здорово попотела.

Я выполнила свою работу, смогла перевести деньги без сучка и задоринки. Я сделала еще один глубокий вдох, собираясь отключиться, когда экран потемнел. Полностью почернел.

Отпрянув, я быстро оглянулась. Нет, единственная включенная мной лампочка все еще тускло горела. Что за черт? Как только я повернула голову, появился череп. Смеющийся череп.

“Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо”.

Мое присутствие было обнаружено. Я не была в ярости, но мои пальцы быстро отключили программу и компьютер в течение нескольких секунд. Я вскочила со стула, чуть не уронив кружку с кофе на пол.

Что мне делать? Достаточно ли было моих брандмауэров? Попыток блокировки?

Я начала мерить шагами пол, осознавая, что у меня перехватило горло. Секунды шли.

Минуты.

Казалось, прошли часы.

Возможно, все было хорошо.

Очень медленно я выдохнула, подавляя тревогу. Я действовала достаточно быстро. Со мной все было в порядке. Просто отлично. Прошло несколько минут, а я продолжала расхаживать.

Мне пришлось отступить. Утром я позвоню Джошуа. К черту его и его регулярные обновления. Когда я собралась уходить, сработало мое шестое чувство. Или, может быть, внутреннее чутье. Это был визг шин? Я очень медленно подошла к окну и, затаив дыхание, выглянула наружу. Темнота была гнетущей. Казалось, даже огни города не могли осветить горизонт.

Я стояла на месте, и говорила себе, что мне нужно найти постоянную работу получше. Внезапно я заметила две пары фар, обе машины выезжали из-за угла. В тот момент, когда они с визгом остановились прямо перед моим зданием, четыре больших монстра выползли из-под единственного уличного фонаря.

Будь я проклята, они не посмотрели на мое окно, которое находилось на третьем этаже. На ужас не было времени. Мне не нужен был инстинкт, чтобы сказать мне, что я покойница, если меня поймают. Я бросилась в свою спальню, распахнув дверцу шкафа. Джошуа объяснил мне важность подготовки дорожной сумки на всякий случай. У меня были кое-какая одежда и косметика, еще одна пара обуви и старый ноутбук.

Мое сердце колотилось так, что эхо отдавалось в ушах, я схватила сумочку и ключи, заметив бейсбольную биту, которую я купила для защиты. Это было все, что у меня было. Я ухватилась за неё, пытаясь вызвать дополнительный гнев.

Прежде чем броситься к двери, я мотнула головой в сторону своей компьютерной системы. Накопитель. Не теряя времени, я схватила его, направляясь к двери своей квартиры. Мне нужно было выбираться, и был только один способ. Ублюдки, скорее всего, накроют лестницу и дерьмовую консервную банку в виде лифта.

Я тихо закрыла дверь и бросилась по коридору к окну в конце. Но прежде чем я успела открыть ветхое окно, звякнул лифт. Я прижалась к одной из дверей моего соседа, радуясь, что здесь было большие проёмы, чем в большинстве зданий.

В коридоре раздались голоса, по крайней мере, три отчетливых. И они говорили по-итальянски. В тот момент, когда они выбили мою дверь, ворвавшись внутрь, я поняла, что нельзя терять ни минуты. Я вернулась к окну, была вынуждена положить сумку и биту на пол, пока боролась с окном. Черт. Черт. Чертова штуковина заела.

Я произнесла еще одну безмолвную молитву и дернула вверх, мои руки болели. К счастью, окно сдвинулось с места, приоткрывшись ровно настолько, чтобы я смогла выскользнуть на пожарную лестницу.

И ни минутой раньше. Ублюдки появились в коридоре.

Один из них что-то проворчал, и мне не нужно было понимать их язык, чтобы понять, что меня заметили. Я схватила свои вещи, едва дыша, когда вылезала через окно. Один из ублюдков почти схватил меня за руку, но я ударила битой по его пальцам.

Он взвыл, вырываясь, и я бросилась к металлической лестнице. Пожарная лестница была настолько старой, что я испугалась, что она не выдержит моего веса, но у меня не было другого выбора.

Я добралась до земли, перепрыгнув последние два фута, и чуть не запуталась в своей сумке.

Голоса раздавались позади меня, из-за угла здания. Если я не доберусь до своей машины, надежды не будет. Я побежала, благодарная за то, что бегала трусцой по утрам, отказываясь оглядываться назад, хотя мне казалось, что они дышат мне в затылок.