Шрифт:
Дверь вдруг открылась, заглянул изумленный Саша:
— Привет, соседи… Что у вас тут происходит?
— Ничего, — еще на раскаленном нерве ответил я. — Друзья бранятся, только тешатся. Сами разберемся между собой.
Староста нашей группы чуть замешкался — не очень-то он привык слышать нечто подобное от подчиненных. Но в моем голосе и лице, видать, было такое, что он предпочел не лезть в детали.
— Н-ну ладно… — произнес он и захлопнул дверь.
— Сядь, — сказал я Витьке, как старший младшему. Он послушно сел на свою кровать.
— А теперь…
Но теперь вошли рабфаковцы.
— А! — воскликнул Толик, — возвращение блудного сына!.. Васька! А где завтрак?!
— Пардон, — сказал я. — Малость отвлекся. Сейчас все будет.
Глава 13
Естественно, Витькино появление было встречено шутками сомнительного содержания, сводящимися к его мужскому могуществу… Была потревожена тень Казановы, на что Витек в ответ внезапно выстрелил эрудицией:
— Между прочим, — заявил он довольно спесиво, — Казанова сам себе такое реноме создал! Запудрил мозги человечеству. На самом-то деле он так себе… Ничего особенного.
— Но это главное и есть, — с не меньшим апломбом провозгласил Роман. — Как это говорится… человек сделал себя!
— А Витек у нас других людей делает, — ввернул пять копеек и Толян. — Разным особам, да, Вить? Похвально!
И с выражением продекламировал:
Ночь. Лежу на чужой жене.
Одеяло прилипло к жопе.
Штампую кадры советской стране
На страх буржуазной Европе!
Четверостишие вызвало одобрительный гогот, но в меру. Витек пустился было объяснять, что он был у родни, призывал в свидетели меня, твердо называл адрес тетки… Но рабфаковский юмор был неумолим. Наконец, Витька махнул рукой, рассмеялся:
— Да черт с вами, как хотите, так думайте! Мне все равно.
Пока шла эта развеселая пикировка, я присматривался к Витьке. В общем-то, держался он в рамках, надо ему отдать должное. Но глаза блестели и метались сильнее обычного, нормального человеческого состояния, выдавая то, что кроме меня никто не замечал… Конечно, я никак не проявил этого своего знания. Но когда пошли на занятия, улучив момент, шепнул:
— Витя, надо будет потолковать.
— А как же, — вроде бы удивился он, — разумеется…
— Давай в обед. Найдем время, хотя бы кратко.
— Ага.
Аудитория в ожидании доцента Половикова постепенно заполнялась. Вот и Лена появилась. Она явно окинула взором лекционный зал, ища меня… Увидела. А я увидел, как лучисто вспыхнули ее глаза, сверкнула улыбка, но девушка тут же постаралась приобрести скромный деловой вид. Махнула кому-то рукой, сунулась к своим подружкам, разулыбалась, засмеялась, сразу несколько девчонок сунулись к ней, и у них завязался какой-то оживленный разговор…
Так начался учебный день, ничем не выделяющийся среди прочих. В обед всерьез поговорить нам с Витькой не удалось. Пришлось перенести беседу на более позднее время.
А по окончании занятий ко мне вдруг подошла Лена с чрезвычайно независимым видом.
— Василий? — полувопросительно сказала она, и в лице промелькнуло неуловимое озорство.
— Да, — я тоже изобразил учтивую любезность.
— Вы не могли бы мне помочь с одним вопросом?..
— Смотря каким… — я оглянулся, увидел, что Витек с ухмылкой переминается с ноги на ногу неподалеку, — извините! Вить, ты иди, я немного задержусь. Дома поговорим… Извините еще раз! В чем дело?
Лена состряпала такой умняк на моське, что дальше некуда.
— Я слышала, что вы очень хорошо разбираетесь в химии…
— Верно слышали. С толковыми людьми общаетесь.
Она с трудом удержала улыбку:
— Так вот. Хотела бы посоветоваться…
И задала чудовищно премудрый вопрос, ради которого, должно быть прошерстила не одну книгу, возможно, из папиных резервов.
— М-м… да, — промычал я в видом профессора. — Знаете, идемте-ка в библиотеку, там поговорим.
— Пожалуй! — задорно согласилась Лена.
И мы пошли. Потихоньку заговорили еще по дороге, и я видел, что моя краса-девица, показушно храбрясь, чем-то озабочена. Придется разбираться…
— Ну как, вернулись твои? — начал я.
— Да, все отлично. Довольные такие, хорошо, говорят, туда-сюда съездили, пообщались…
Тут Лена снабдила меня на фиг не нужной информацией о каких-то не самых близких родственниках, к которым ездили ее родители. Я кивал, слушая это, так мы и добрались до библиотеки, ставшей для меня какой-то прямо точкой важных встреч.